В этот момент с улицы вошла Маруся. Она явно обрадовалась нам и сказала:
— Борис говорит, что мы сейчас пообедаем и уедем. Спасибо тебе большое, Сергей. Мне очень понравилось в санатории, хоть здесь, конечно, еще много дел. Когда уже он начнет полноценно работать? Ты же не против, если я буду сюда иногда приезжать? Может, и Борис Альбертович тоже.
— Конечно, Маруся. Я очень рад, что ты приехала. Извини, что не мог тебе уделить столько времени, сколько надо. Но пока хоть так.
— Да нет, все нормально. Мне здесь прямо очень хорошо. Сама не понимаю почему. Но так и есть.
— А чем ты все это время занималась?
— Да мы с Элен нагулялись по санаторию, поговорили. Попили чай с тетей Ниной. Потом я спала, потом писала статью. Так что все прекрасно. А еще игралась с твоим котиком. Он такой милый, такой замечательный.
Из комнаты Маруси выскочил милый и замечательный Валера. При виде меня он поджал хвост и юркнул между ног тети Нины.
— Ох и бандит, — покачал головой я и едко добавил: — Предатель блохастый!
— Суслик! — моментально закричал со своей этажерки Пивасик, подтвердив мои слова, и мы все засмеялись.
Разобравшись с делами в санатории, я торопливо прыгнул в машину и погнал в Казань. Причем настолько спешил, что ни рыбы не взял, ни других гостинцев.
Ну, обстоятельства сейчас таковы, так что пусть извиняют. Доехал я буквально за два с половиной часа, притормозил возле дома, выскочил из машины и пулей взлетел к себе наверх.
Когда я попытался открыть дверь, конечно же, у меня ничего не вышло, потому что ключ не подходил. Черт, я и забыл, что Брыжжак поменял замки, Танюха же говорила.
Я позвонил соседке, но ответила она не сразу.
— Привет, Танюха, — сказал я. — Ты где?
— Ой, слушай, у меня тут такое дело, — заторопилась она. — А ты где?
— Да я вот как раз приехал, а ключа-то у меня нет от нового замка. Стою вот.
— Слушай, меня тут вызвали на работу, и я не в самой Казани, а типа в загородном доме. И в лучшем случае приеду поздно вечером, почти ночью, потому что работы здесь — капец. Прикинь, тут нужно все шторы типа поснимать и выстирать. А потом погладить и обратно повесить, а дом большой, двухэтажный, и мы тут вдвоем с Алкой уже буквально с ног валимся.
— А как же я попаду в квартиру? — сказал я.
— Так поднимись наверх, там же Степка. Скажи ему, пусть он… Ой, да я сама ему сейчас перезвоню. — Она бросила трубку, а я, вздохнув, поплелся наверх.
После рыбалки и вот этой всей суеты хотелось упасть и выспаться. И чтобы никто не трогал хотя бы часов тридцать пять. Да еще плюс сытный то ли завтрак, то ли обед тети Нины. А приходилось метаться туда-сюда: рулить в машине, теперь ходить по этажам, потому что лифт почему-то сегодня, как назло, не работал.
Поднявшись на седьмой этаж, я позвонил и вскоре услышал:
— Кто?
— Дед Пихто и баба с пистолетом, Степан! Открывай!
— Дядя Сережа, ты?
Послышался щелчок замка, дверь приоткрылась, и оттуда выглянул Степка.
— Дядя Сережа! — радостно закричал он и попытался меня даже обнять. — А хочешь, я тебе покажу, какой прием я выучил на секции⁈ Вот встань ко мне боком и сделай руку так!
— Подожди, Степка, — остановил его я. — Давай я сейчас закрою сначала свои вопросы, а потом ты мне все приемы покажешь и расскажешь, как у тебя дела? Твоя мама сказала, что ты мне должен ключ дать.
— Ой, точно, — охнул он и заскочил в квартиру.
Я остался ждать на лестничной площадке. Через некоторое время Степка выскочил обратно и протянул мне ключ. В другой руке он держал небольшую кастрюльку.
— Что это? — спросил я, кивнув на кастрюльку.
— А это мама сказала вам отдать: вы же все равно сейчас готовить не будете, а это покушаете.
Заглянув в кастрюльку, я усмехнулся: там было рагу.
— Ну спасибо, — от души сказал я. — А у вас себе-то осталось?
— Да, мама наготовила много! — воскликнул Степка. — Ну так что, показать прием?
Кивнув, я позволил ему бросить меня через бедро — вернее, обозначить бросок, потому что я для него был слишком большой, — после чего похвалил его и сказал:
— Молодчик, Степан! Так держать! Я пойду пока к себе, а ты, если что, звони.
Спустившись на второй этаж, я отпер дверь и вошел в квартиру. Запах свежего ремонта сразу ударил в нос. Краска, видимо, еще не до конца просохла. Я понял, что если не получится это все проветрить, то сегодня, может быть, даже придется ночевать у Серегиных родителей. Или у Анечки. От последней мысли я улыбнулся.
Первым делом я прошел на кухню и поставил кастрюльку на плиту. Затем прогулялся по квартире, не разуваясь, потому что пол еще не был отмыт и виднелись следы от побелки. В ванной только сняли плитку и еще не заменили на новую, а вот в туалете заделали до половины одну стену.
Я осмотрел коридор и кухню, которые уже хорошо отремонтировали. Затем зашел в комнату — и обалдел. Три стены были оклеены приятными светло-бежевыми обоями, которые не создавали визуальный шум. А вот еще одна стена, четвертая, смежная с соседской, была кирпичной и окрашена в нежно-терракотовый цвет.
А на стене висела дрель!
— О как, — обалдел я в буквальном смысле этого слова. — Ну, Танюха, блин, дает!
Я стоял и несколько минут тупо пялился, как баран на новые ворота, то на эту кирпичную стенку, то на дрель. Получается, я тогда пошутил, а Танюха восприняла всерьез и все сделала так, как я сказал.
Не выдержав, набрал соседку.
— Танюха! — воскликнул я.
— Что, Степка не дал тебе ключ? — заволновалась она.
— Да нет, все хорошо. Дал и ключ, и рагу. Спасибо тебе большое, Тань. Я по поводу квартиры. Вот смотрю я на дрель, которая висит на кирпичной стене… — И заржал, потому что сил сдерживаться больше не было. Аж слезы из глаз брызнули.
Танюха тоже зычно расхохоталась.
— Слушай, ну я, конечно, от тебя не ожидал, что ты вот так…
— Да ладно, — продолжала смеяться она. — Я же тоже типа пошутила. Насчет дрели пошутила. А эта стена так и останется кирпичной. Сейчас так капец модно, стиль лофт называется. Так что увидишь, когда мы все до конца сделаем, будет очень классно. Тебе понравится — такой мужской, типа брутальный стиль. Будешь баб водить, и они стопудово будут балдеть.
— Спасибо, Танюха, — засмеялся я, мы перекинулись еще парой фраз и распрощались.
Подумав, я достал из шкафа старый спортивный костюм, переоделся в него и решил сначала посмотреть электронную почту. Хорошо, что всю мебель Танюха из комнаты не вынесла — и кровать, и шкаф там были, просто перетянуты на середину комнаты. Я сдернул старую простыню с кровати, сел на нее, поставил ноутбук себе на колени, чтобы не снимать грязные от побелки газеты со стола, и только-только начал прогружаться, как в дверь громко затарабанили.
Я быстренько отставил ноут и пошел открывать.
За дверью я увидел женщину примерно лет за пятьдесят, с хвостиком, очень полную и темноглазую. Лицо у нее было немного обрюзгшее. Рядом с ней стоял высокий нескладный мужичок с пивным животом. Он держал в руках шуруповерт и был настроен решительно.
— Вам чего? — спросил я, глядя на них. — Вы в своем уме?
— О, Епиходов собственной персоной! — воскликнула женщина. — Принимай дорогих гостей — точнее, не гостей, а сожителей.
Она развязно захохотала и уверенно шагнула в квартиру, оттолкнув меня.
Глава 17
От неожиданности я даже сперва не отреагировал.
Собственно, человеком я всегда был бесконфликтным, руководствуясь принципом «нас не тронешь — мы не тронем», но такой концентрированной наглости раньше не встречал.
Рыкова Валерия Кирилловна, 42 года
Прозвище: Пилорама.
3-й уровень социальной значимости.
Валерия оказалась лет на десять моложе, чем я подумал, что говорило о том, что на свое здоровье ей глубоко плевать. Ну а то, что ее уровень оказался таким же, как у Игорька, многое о ней говорило.