— Сейчас зайду, — ответил я. — Если не побеспокою.
— Да кого? — отмахнулась она. — Степка уже встал, орет, что Валерка его будит. Хотя сам его тискает с самого утра.
Мы зашли в подъезд и через мою квартиру, где я забрал гостинцы, поднялись на этаж Танюхи пешком, давая полезную нагрузку мышцам, сердцу и сосудам.
Квартира соседки встретила запахом свежезаваренного чая. На шум открывшейся двери Степка выскочил из комнаты, едва я переступил порог, и, увидев меня, закричал:
— Дядя Сережа!
Он врезался мне в ноги, обхватив их руками, но я успел удержать равновесие.
— Здорово, боец.
— Дядя Сережа, — сказал он грустно. — Мне нужно пять раз подтянуться на турнике, а у меня не получается. Только один, да и то… Как червяк болтаюсь! Что делать?
— Дома делать зарядку, отжиматься от пола, подтягиваться во дворе на турнике, — сказал я. — А еще нужно пойти в какую-нибудь спортивную секцию.
— Да меня не возьмут, я же слабак… — вздохнул он. — У меня на физре полный капец, и пацаны дерутся и обзываются. А во дворе турник слишком холодный.
— Тогда ничем помочь не могу… раз ты слабак… и турник холодный. А кто тебе такое сказал? Что ты слабак?
— Да это все знают. Марат, в нашем классе который… он двадцать раз может подтянуться! А я?
— Думаешь, Марат сразу мог столько подтянуться? Тоже начинал с одного раза.
Он долго молчал, смотрел в пол, прежде чем поднять голову.
— Дядя Сережа, — сказал он, переминаясь с ноги на ногу. — А в какую секцию лучше пойти, чтобы нормально подтягиваться?
— Ну, раз на борьбу ты не хочешь, то, наверное, на спортивную гимнастику. Там общеукрепляющие упражнения.
Он серьезно кивнул, потом покачал головой:
— Не-е, я туда не хочу, я бы на самбо, но… — И вдруг резко сменил тему: — А вы за Валеркой?
Понятно. И хочется и колется. Зашугали пацана, видно, вот он и остерегается самбо. Ладно, дозреет.
— Да, за Валерой, — ответил я. — Но и к тебе. Привез кое-что из Москвы.
Глаза у Степки радостно округлились, когда я достал из кармана красный пенал с Человеком-пауком, будто покрытый паутиной, на молнии.
Степка замер, уставившись на пенал.
— Мне?
— Тебе.
Он взял пенал обеими руками осторожно, будто боялся, что тот исчезнет, провел пальцами по рисунку, расстегнул молнию и заглянул внутрь.
— Спасибо, — выдохнул он тихо.
— Пользуйся.
Танюха вышла из кухни с двумя кружками чая.
— Ой, Серега, зачем… — Она увидела пенал в руках сына и улыбнулась. — Степка, что говорить надо?
— Я уже сказал!
— Ну молодец.
Я достал пакет с чаем и медом и протянул Танюхе.
— Тебе тоже. Из Москвы.
Она приняла пакет, заглянула внутрь и покачала головой.
— Серега, ты че… Не надо было.
— Надо.
— Ну спасибо. — Она заулыбалась и поставила кружки на стол. — Садись, чай попьешь.
— Потом. Сначала Валеру заберу.
— Да он у Степки в комнате. Валера! — крикнула она. — Хозяин пришел!
Из комнаты донеслось недовольное мяуканье, потом сонный Валера, который, похоже, у Степки вел ночной образ жизни, показался в дверном проеме. Шел неспешно, хвост трубой, вид презрительный. Увидел меня, остановился, обнюхал ботинки, потерся о ногу и только тогда замурлыкал.
— Скучал? — спросил я, наклонившись.
Валера мяукнул коротко, как бы говоря: «Еще спрашиваешь».
— А это что? — Степка подошел ближе, разглядывая когтеточку, которую я поставил у стены. Запарился и прихватил ее вместе с гостинцами.
— А, это для Валеры, чтобы когти точил.
— А можно попробовать?
— Давай. — Я распаковал когтеточку и поставил ее на пол.
Степка присел рядом и постучал по ней пальцем. Валера подошел, обнюхал джутовую обмотку, примерился лапой, потом встал на задние лапы и с остервенением начал драть покрытие.
Степка захохотал.
— Смотри, мам! Ему нравится!
Танюха подошла, посмотрела на Валеру и улыбнулась.
— Ну надо же, с первого раза понял!
Валера продолжал драть когтеточку, урча от удовольствия, а Степка сидел рядом и наблюдал, не отрывая глаз.
— Слушай, Серега, — негромко сказала Танюха, — ты типа реально завтра с нами в секцию поедешь?
— Ну да. Когда Степка из школы возвращается?
— К часу примерно.
— Ну, тогда я, как освобожусь, примерно после обеда зайду к вам. Сходим на пробное занятие. Я посмотрю, что есть в районе, какие отзывы, во сколько тренировки.
— Степка, слышал? — обернулась Танюха к сыну. — Завтра с дядей Сережей в секцию самбо едем. Посмотрим.
Степка замер, медленно повернул голову и посмотрел на меня настороженно и недоверчиво.
— Правда? А вдруг… — начал сомневаться он и запнулся.
— Правда, — подтвердил я. — Но ты не переживай. Ты же хочешь посмотреть, как там занимаются? Вот. Просто взглянешь.
Он кивнул, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, но не получилось. Уголки губ дрогнули, глаза заблестели.
— А вы тоже пойдете? Внутрь?
— Конечно.
Степка снова кивнул, на этот раз серьезно, потом вернулся к Валере, который продолжал драть когтеточку, и сказал тихо, будто самому себе:
— Надо форму спортивную приготовить.
Танюха встретилась со мной взглядом и беззвучно произнесла: «Спасибо».
Я пожал плечами.
— Ладно, я Валеру забираю и к себе. Дела.
— Сядь, чаю хоть попей.
— Потом, Танюш. Спасибо.
Я взял переноску, открыл дверцу и позвал Валеру. Тот недовольно мяукнул, но, к моему удивлению, вообще не стал спорить и залез внутрь. Степка помахал нам на прощание.
— Пока, дядя Сережа! Пока, Валерка!
С когтеточкой и переноской в руках я вышел на лестничную площадку и спустился на свой этаж, а дома освободил Валеру. Тот сразу направился к когтеточке, обнюхал ее и принялся драть.
Я поставил чайник, начал разогревать сковороду для яичницы и достал телефон.
Стоило убрать режим «Не беспокоить», как тут же высветилось уведомление: пришла эсэмэска от банка.
Зачисление 10 535 996,00 RUB
Счет ****1641
07.11.2025 09:17
Я уставился на экран, перечитал еще раз.
Десять с половиной миллионов рублей.
Деньги.
Пришли.
Деньги пришли!
Я встал, прошелся по кухне, сел обратно.
Сердце колотилось. Глубоко вдохнул, выдохнул. Деньги есть. Долги можно закрыть, кредит «Совкомбанка», Михалыч, суд — все решаемо. Ремонт сделать себе и родителям, обновить им технику, себе выбрать нормальный ноутбук…
И тут пришла еще одна эсэмэска:
Счет ****1641 заблокирован.
Операции приостановлены в соответствии с 115-ФЗ.
Обратитесь в отделение банка.
Я откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Эйфория схлынула мгновенно, оставив после себя холодную пустоту. Резко захотелось выругаться — грязно и смачно.
Так нелепо сесть в лужу! С этим попаданчеством я совершенно забыл о том беспределе, который начался в банковской системе в последнее время. Знал о нем не понаслышке, все мое окружение в той жизни гудело: банки сейчас трактуют ФЗ-115, как хотят, могут заблокировать счета, даже если муж переводит деньги жене или мать сыну. Даже когда оба супруга идут в банк и умоляют вернуть им деньги, доказать зачастую ничего невозможно, приходится воевать долго и упорно, не всегда с победой. Или когда родственники перечисляют кому-то на лечение. Много таких случаев. Даже в лихие девяностые такого беспредела не было.
Валера подошел, потерся о ногу, замурлыкал. Я машинально почесал его за ухом.
И вот что мне теперь делать?
Звонить Караяннису? Так ведь придется ему объяснять, каким образом я перевел деньги с теневых криптосчетов академика Сергея Епиходова на счет казанского Сереги. Хотя объяснить-то я смогу, найду что наплести, но сначала…