Тут я увидел перед своим лицом чью-то руку, которая двигалась вверх-вниз.
— Эй, Сергей, ты чего задумался? — Это Ролан повернулся ко мне.
— Да так, не проснулся еще, — быстро ответил я. — Последние дни выдались тяжелыми.
— Понятно. — Ролан кивнул. — Ничего, дома отдохнешь. Почти приехали.
Алан свернул на мою улицу и остановился у подъезда.
— Этот твой дом? — спросил он.
— Да, спасибо огромное! — Я потянулся к ручке двери. — Вы меня очень выручили. Сколько с меня за дорогу?
— Обижаешь, ничего не надо. — Ролан махнул рукой. — Мы все равно сюда ехали.
— Я настаиваю… — неуверенно проговорил я. — Ну, хоть на бензин…
— Не надо, — твердо сказал Алан. — Иди домой спокойно, Сергей. Отдыхай. В другой раз кому-нибудь поможешь.
Я кивнул, не настаивая. Хорошие люди попались.
— Спасибо вам, — еще раз поблагодарил я, открывая дверь. — Счастливо.
— И тебе удачи, — ответил Ролан. — Работу найдешь, не переживай. Доктора сейчас везде нужны. От знакомых слышал, в сельской местности вообще нехватка. Так что подумай.
Я вышел из машины, захлопнул дверь и помахал им рукой. «Крузак» тронулся и скрылся за поворотом.
А я повернулся к подъезду и зашагал к двери. Дома меня ждал Валера, который за эти сутки наверняка уже извел Степку с Танюхой своим мяуканьем, и куча нерешенных проблем.
Но впервые за долгое время я чувствовал что-то, похожее на надежду.
Зайдя домой, я первым делом залез с телефона на свой виртуальный счет и увидел, что деньги — около десяти миллионов, выведенных со старых счетов, — так и не поступили.
Да, я огорчился. Сильно огорчился. Все-таки огромные деньги, с помощью которых я вполне мог решить все проблемы Сергея и помочь детям. Но ничего сделать не мог. К тому же у меня уже так случалось, что деньги застревали где-то на счетах в Гонконге или Сингапуре дня на два или даже на три. Но потом их все равно переводили клиенту.
Поэтому я решил подождать. Вдруг это просто техническая неполадка. Тем более, сегодня воскресенье. Да и думать о том, что деньги ухнули куда-то не туда, мне совершенно не хотелось.
Более того, я тщательно гнал от себя эту мысль. Организм Сергея требовалось беречь. А от лишнего стресса у него опять часть жизни отнимет. Так что долго гадать, как такое могло произойти, я себе позволить не мог. Уж лучше жизнь, чем деньги.
С этими мыслями я собрался на пробежку. Время раннее, планов пока нет, а ноги затекли после ночи в машине так, что икры зашлись тупой, ноющей болью. Разогнать кровь нужно было обязательно, иначе рисковал заработать тромб.
Вспомнил пациента, которого как-то привезли после рейса Москва — Владивосток. Мужик провел восемь часов не вставая, потому что стеснялся побеспокоить соседей, а потом встал в аэропорту и рухнул прямо у багажной ленты. Тромб оторвался и понесся прямо в легочную артерию, перекрыв кровоток, словно затычка в узкой трубе. Еле откачали. Вот так и бывает, когда долго сидишь: кровь застаивается, густеет, в глубоких венах голеней формируются сгустки, которые просто ждут своего часа.
Выходя из дома, прихватил с собой деньги и пачку неоплаченных счетов за коммунальные услуги — наследство от Сереги. Благо уже видел терминалы оплаты неподалеку, можно будет заодно и долги погасить наличкой.
Спустившись, быстрым шагом добрался до парка. Там пахло сыростью и прелыми листьями, которые устилали дорожки неровным рыжим ковром.
Сегодня бегать я не планировал. Тест-драйвы тела показали, что это пока не мое, а точнее, не Серегино. Зато быстрая ходьба — самое то. Аэробная нагрузка умеренной интенсивности, при которой организм учится эффективно использовать кислород и жир в качестве топлива, не загоняя сердце в красную зону.
Я начал с разминки, размахивая руками и делая несколько выпадов, чувствуя, как неохотно просыпаются мышцы. Потом взял темп: широкий шаг, руки согнуты в локтях под девяносто градусов, энергичные махи в такт движению. Пятка касается земли первой, потом перекат через всю стопу и мощный толчок носком. Именно так работают профессиональные спортивные ходоки, превращая обычную прогулку в полноценную тренировку.
Скорость держал около шести километров в час, может, чуть выше. Достаточно, чтобы пульс поднялся до ста двадцати, но не настолько, чтобы задыхаться и хрипеть.
А главное, что при такой нагрузке начинают просыпаться митохондрии. Эти крошечные энергетические станции внутри клеток обычно дремлют у тех, кто ведет сидячий образ жизни, еле-еле вырабатывая необходимый минимум энергии, а оттого болеют и повреждаются. Но стоит дать организму аэробную нагрузку, и включается целый каскад адаптивных реакций. Клетки начинают синтезировать новые митохондрии. Одновременно улучшается капилляризация мышц — образуются дополнительные мелкие сосуды, доставляющие больше кислорода и питательных веществ. А сами митохондрии учатся работать эффективнее.