Хотя… стоп. Не совсем все. Данные ведь я скачал. С домашнего компьютера. Там была часть работы — не вся, конечно, но приличный кусок. Сырые данные, предварительные расчеты, черновики статей.
Достаточно ли этого, чтобы… что? Опередить Лысоткина? Опубликовать что-то раньше него?
Я отложил ложку, понимая абсурдность этой мысли. У Лысоткина — финальные расчеты, статус, связи в научном мире. Да и в хороший журнал с высоким импакт-фактором статью без очереди от какого-то ноунейма не примут. У меня — жесткий диск с набросками и репутация пьяницы, угробившего кучу пациентов.
Даже если я напишу статью, кто ее опубликует? Кто поверит казанскому Епиходову, что он вдруг совершил прорыв в нейрохирургии?
Принесли чихиртму — густой куриный бульон с яйцом и специями, от которого поднимался легкий пар. Я вдохнул аромат, почувствовал, как тепло разливается в груди, согревая изнутри. Хоть что-то приятное в этом дне.
Суп я ел медленно, будто пробуя заново забытое удовольствие. Он был горячий, густой, ароматный, и каждая ложка ложилась внутрь спокойным, плотным теплом. Потом принесли хинкали — три упругих, тяжеловатых мешочка, от которых шел тонкий аромат. Я аккуратно надкусил первый, придерживая за хвостик, и горячий мясной бульон мягко разлился по языку. Тесто, начинка… да все было настолько вкусным и гармоничным, что я без суеты доел второй и третий, не торопясь и не оправдываясь перед самим собой.
А ведь совсем недавно с диагнозом этого тела я бы даже не посмотрел в сторону подобной еды. Тогда все вокруг уверяли, что животный жир — прямая дорога к повышенному холестерину, а дальше к проблемам с сердцем. Но современные исследования реабилитировали и красное мясо, и сало! Оказалось, что холестерин из еды почти не влияет на его уровень в крови — организм регулирует его сам. Животные жиры действительно могут слегка повышать показатели, но далеко не так драматично, как считалось раньше.
Гораздо опаснее бесконтрольное переедание, отсутствие клетчатки, сладкое и лишние калории день за днем. И вообще, дело не в жирном бульоне и не в хинкали. Дело в мере. Когда питание сбалансировано, когда человек не живет на булках и жареном, тарелка хорошего бульона и три хинкали — это просто еда. Нормальная, вкусная, человеческая. И, как сказал бы я своим пациентам в прошлой жизни, никакого преступления против сосудов.
Насытился я быстро, и запеченные овощи доел уже через силу. Телятину оставил наполовину, поняв, что больше не влезет, а переедать смысла нет. Какой смысл тогда потеть на пробежках?
Посидел еще минут пять, глядя в окно. Нужно было переварить не только еду, но и все произошедшее. Разложить по полочкам, найти хоть какой-то план действий.
Но полочки в голове оставались пустыми. Был только туман, усталость и ощущение тупика.
Промелькнули мысли о том, что и уехал я некрасиво. Родителям Сереги не позвонил, не предупредил, что уезжаю, Танюхе ничего не сказал, и… И тут меня жахнуло — я же совсем забыл про приглашение Дианы! Черт-черт-черт! Я обещал ей сходить в галерею на выставку!
Взяв телефон в руки, я увидел от нее несколько пропущенных вчера вызовов, но перезвонить не успел, потому что в «телеге» тренькнуло сообщение:
«Ты че, правда хотел меня убить?»
Глава 3
От удивления у меня вытянулось лицо — номер был неизвестный, ни имени, ни фото.
Я сперва хотел спросить, кто это, но потом подумал, вдруг номером ошиблись? Ну, или решили прикольнуться. Сейчас пранкеры все эти так развлекаются. Или мошенники.
Поэтому отвечать не стал, но буквально через минуту тренькнуло следующее сообщение:
«Ты чего меня игноришь?»
«Ты кто?» — спросил я.
Пришлось ответить, чтобы хоть понять, с кем имею дело. Да и интуиция подсказала, что это правильное решение. Обычно мне такое не свойственно, я еще с той жизни привык к бесконечному валу сообщений с просьбами, требованиями и просто жульническими предложениями, отвечать на которые не хватило бы жизни.
«Я та, которую ты хотел убить!» — опять пришел гневный наезд.
«За прошедшее время, насколько помню, я убил только двух тараканов, — осторожно написал я, попытавшись перевести все в шутку, — и то случайно».
«Это если не считать трех пациентов в больнице и меня!» — И куча гневных смайликов в виде головы черта с рогами и дымом из ушей.
Я чуть не подавился минералкой, которую как раз пил. Ну, точно, писала мне Лейла Хусаинова, кто же еще. А она не унималась и продолжала гневаться: