Степка польщенно кивнул и продолжил:
— Я взял и туда этот листочек положил. Так его и не найдешь. А Пашка не знает же. И он начал искать — проверил карманы, заглянул в ботинки, посмотрел в капюшоне, а потом такой говорит — да ты его во рту спрятал! А мне так обидно стало, я рот открыл и говорю — смотри, там ничего нет. А он говорит, а ты шире открой. Я шире и открыл. А Пашка мне туда кучу листьев затолкал и смеется. Я еле-еле все выплюнул, а он начал убегать, гад такой. И дразнится! Я за ним погнался, догнал и рюкзаком по голове треснул, а он мне фингал поставил. А потом я его еще треснуть хотел, а там из подъезда какой-то дядька вышел и ругаться начал. Я и убежал…
Степка опять вздохнул с самым несчастным видом от такой вселенской несправедливости.
— Ладно, Степан, — сказал я, с глубокомысленным выражением лица выслушав подробный душещипательный рассказ. — Дело у тебя, конечно, серьезное. Так что сейчас иди в ванную, мой руки, там туалет, если надо. И я тебя покормлю.
— Нет, дядя Сережа, не буду я вас объедать, — заявил Степан категорическим голосом.
— А это еще почему?
— Продукты сейчас дорогие, — рассудительно заявил Степан. — Зарплаты маленькие, приходится пахать, как проклятый… Еще и я, проглот ненасытный.
У меня от таких слов аж челюсть отвисла. Ну, Танюха! Получишь ты у меня!
А вслух сказал:
— Ну да, ты отчасти прав, Степан. Поэтому мы поступим таким образом: я тебя покормлю, а ты за это мне одно дело сделаешь?
— Но это же будет эксплуатация детского труда! — укоризненно посмотрел на меня Степан.
Я невольно восхитился: нахватался же в интернетах таких слов.
— Можно сказать и так, — согласился я. — Ну, у тебя, получается, два варианта: или просто покушать, как захребетник и проглот, или же покушать, а потом отработать.
— Второй, — с понурым вздохом нехотя сказал Степан. — Ну, я надеюсь, что ваша работа будет не тяжелой, и я с ней справлюсь. А ведь мне еще уроки учить. И стих задали.
— Не тяжелая. Нужно поиграть с Валерой.
— Не буду я с ним играть! — моментально надулся Степан, и даже уши у него покраснели.
— А я тебя научу, как надо. Вот смотри: на эту веревочку привязываешь бумажку. Можно фантик от конфеты. Но у меня нет, поэтому подойдет кусочек от этой квитанции. — Я оторвал лоскут бумажки, привязал и затем показал, как та прыгает. — А потом делаешь перед ним вот так.
Валера заинтересованно выглянул из своего лежбища и тут же спрятался.
— Понял! Я так тоже умею! — просиял Степан. — У нас во дворе Покемон жил когда-то, он был таксой, и мы так тоже с ним играли. Валера, выходи!
— Вот и хорошо. Только сперва покушаешь, а потом немного поиграешь в комнате с Валерой, а я схожу в аптеку. Договорились?
— Ага! — обрадованно кивнул Степан, которому уже не терпелось взяться за кота.
Так что, когда выходил из дома, за порядок я был почти спокоен. Степка и Валера увлеклись игрой.
Надеюсь, до драки не дойдет. Доверия ни один, ни другой не заслуживали.
А еще было бы здорово, если бы Степка научил Валеру грызть когти.
Глава 5
Организм мой (я с удивлением заметил, что начал относиться к этому телу как к своему, перестав считать себя временным гостем) потихоньку приходил в себя, откликаясь на каждое усилие с благодарностью. Прогноз жизни, еще недавно измерявшийся жалкими днями, перевалил за год. Человеческий организм, надо признать, удивительная машина: дай ему шанс, убери постоянную интоксикацию, и он начинает чинить сам себя с завидным упорством.
Впрочем, останавливаться на достигнутом я не собирался, потому что, хотя острая фаза осталась позади, до полного восстановления было еще как до Пекина раком.
В идеале сейчас следовало бы рвануть в хороший санаторий, где тебя кормят по расписанию, поят минеральными водами под контролем врача и гоняют на физиопроцедуры. Однако какой, к черту, санаторий, когда на мне висят суды, комиссии, кредиты и полосатый террорист, требующий ежедневного внимания и свежего корма? Так что придется устраивать санаторий на дому, благо ничего сверхъестественного для этого не требуется.
Первое, с чего начинают во всех приличных здравницах от Кисловодска до Карловых Вар, — это курс минеральной воды, и я направлялся в аптеку именно за ней. За настоящей лечебно-столовой, которую пить надо по схеме и с пониманием дела. Выбор мой пал на «Ессентуки №4», и вот почему.
Эта вода относится к натриево-гидрокарбонатно-хлоридным, имея минерализацию около десяти граммов на литр, что делает ее именно лечебно-столовой, а не просто вкусной водичкой с пузырьками. В составе присутствуют гидрокарбонаты, хлориды, натрий с калием, немного кальция, магния и борной кислоты. Звучит как выдержка из таблицы Менделеева, однако работает эта комбинация изящно: гидрокарбонаты мягко ощелачивают внутреннюю среду и стимулируют желчеотделение, поддерживая измученную алкоголем печень. Хлориды, в свою очередь, улучшают секрецию желудка и моторику кишечника, а бор в малых дозах участвует в обмене веществ.