Чтобы не разговаривать с Харитоновым и Хусаиновым, я тоже быстро выскочил в коридор, аккуратно обошел Караянниса, который хорошо поставленным голосом сердечно объяснял женщине, что его миссия — помогать людям, оказавшимся наедине с бездушной бюрократической системой, что закон должен защищать простого человека, а не чиновников, и что именно поэтому он выбрал эту нелегкую, но благородную стезю — борьбу за справедливость.
Женщина кивала, держа диктофон у его рта, а я слушать, что он еще наплетет, не стал и пошел в кабинет секретаря суда.
К несчастью для меня, там никого не было, но компьютер стоял включенный, на столе лежали очки, остывала чашка с чаем — видимо, женщина только вышла. Значит, она вернется хотя бы для того, чтобы допить чай и выключить компьютер.
Поэтому я решил подождать и стоял на пороге кабинета, не решаясь вернуться в коридор, чтобы не пропустить секретаря и не попасться на глаза Харитонову с Хусаиновым. Нет, отбиться от них в словесной перепалке я легко могу, но Караяннис велел ничего никому не говорить. Поэтому лучше уж я буду как Неуловимый Джо.
В общем, я застыл на пороге, и в этот момент открылась соседняя дверь, и из кабинета вышла судья. В первый момент я ее даже не узнал без мантии. Передо мной стояла красивая, довольно молодая женщина с тонкими чертами и усталым лицом — бледным, даже чуть зеленоватым, с глубокими синяками под глазами.
Я только открывал рот, чтобы поприветствовать ее, как силуэт женщины обвело красным контуром и взвыла Система:
Диагностика завершена.
Основные показатели: температура 36,4 °C, ЧСС 94, АД 152/98, ЧДД 18.
Обнаружены аномалии:
— Тубулопатия (поражение почечных канальцев, начальная стадия).
— Анемия (гемоглобин снижен).
— Артериальная гипертензия (вторичная).
— Остеопения (начальная деминерализация костей).
Прогноз без лечения: прогрессирующая почечная недостаточность.
Рекомендуется: хелатирующая терапия, госпитализация.
У таких симптомов у меня аж лицо вытянулось, и я взволнованно воскликнул:
— Извините! У вас сильнейшее отравление! Вам нужно срочно в больницу!
Глава 24
Покосившись на табличку у кабинета, я увидел, как ее зовут: «Судья А. А. Филиппова».
Тем временем судья А. А. Филиппова замерла на месте, и на ее лице промелькнуло что-то между растерянностью и недоверием. Брови дрогнули, поползли вверх, губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но слова застряли где-то в горле. Секунду, может, две она стояла неподвижно, переваривая услышанное, а потом ее щеки вспыхнули нездоровым румянцем.
— Что вы себе позволяете⁈ — рассержено воскликнула она. — Это будет расценено как попытка давления на суд!
— Суд закончился пять минут назад. А я все-таки врач и потому вижу, что вы чем-то отравились. Или вас отравили. Причем, судя по наблюдаемым симптомам, чем-то серьезным.
— Никто меня не травил, — возразила судья, хотя голос прозвучал не очень уверенно.
— Слабость, головная боль, резь в животе, озноб рывками? Дрожание рук, круги перед глазами? Может, даже и диарея.
При последних словах женщина густо покраснела. Я решил не упускать момент:
— Безусловно, вы не должны принимать на веру слова постороннего человека. Но никто вам не мешает прямо сейчас отправиться в любую платную клинику и сдать кровь. Анализы они делают быстро. Экстренные показатели будут сегодня, остальное — в течение суток. Рекомендую проверить кадмий и свинец в крови. Симптомы похожие. Вы же можете это сделать?
Судья неуверенно кивнула.
— Только за руль не садитесь, — предупредил я. — Давайте я вам такси вызову?
Женщина до боли закусила губу, и я увидел, как в ее глазах мелькнула тень сомнения. Она боролась сама с собой, пытаясь принять решение. С одной стороны, для нее я был фигурантом дела, человеком с сомнительной репутацией, врачом-алкоголиком, которому она уже мысленно вынесла приговор еще до начала процесса. Доверять мне у нее не было никаких оснований.
С другой — плохое самочувствие, которое она пыталась игнорировать, убеждая себя, что съела что-то не то, что это усталость, стресс, переработка. И сейчас она стояла на развилке: отмахнуться от моих слов или признать, что что-то действительно не так.
Но она не была бы судьей, если бы не умела быстро принимать решения.
— Спасибо за совет, — кивнула она. — Такси я сама вызову.