Ну и судебные вопросы тоже никуда не делись. А еще не менее важно познакомиться с кем-то из аспирантов или лаборантов Лысоткина, чтобы чуть ближе подобраться к нему и понять, что он сейчас делает с результатами моих исследований. По возможности надо заглянуть в курилку и покрутиться там, чтобы узнать сплетни, которые ходят по институту.
Такой краткий план действий был у меня на данный момент.
Из подвала я поднялся наверх и наконец-то вышел к нужной двери. А через пару минут уже находился на месте и, постучав, открыл дверь.
— Можно? — спросил я, заглядывая в кабинет.
Борька сидел за столом, что-то писал и вид имел важный и даже вполне одухотворенный. При виде меня он прищурился и попытался вспомнить, кто я такой. Но не вспомнил, склонил голову к плечу и стал похож на пингвина, который планирует прыжок в кишащую касатками и морскими леопардами воду. Тем не менее Борька спросил:
— А вы, собственно говоря, кто будете?
— Я Епиходов Сергей Николаевич, — представился я, войдя в кабинет и прикрыв за собой дверь. — Приехал к вам, так сказать, познакомиться.
От неожиданности Борька икнул, но потом, видимо, сообразив, что я и есть его новый аспирант, криво ухмыльнулся:
— Однако! Видимо, это судьба. — Он печально вздохнул и покачал головой. А затем все-таки снизошел до пояснений: — Мой научный руководитель кандидатской и научный консультант докторской тоже был Сергей Николаевич Епиходов. Представляешь? Академик Епиходов. Так вот он гонял меня в хвост и в гриву. Издевался надо мной со всевозможной изощренностью. Даже английский язык заставил выучить. И немецкий, и испанский заодно. А теперь у меня вдруг появился аспирант и тоже Сергей Николаевич Епиходов. Это судьба. Глас судьбы! Так что готовься, Епиходов, и трепещи! Я воздам тебе за все годы моих страданий и мучений.
От неожиданности у меня, что называется, челюсть отпала.
Борька, заметив мой донельзя изумленный и ошарашенный вид, не выдержал и заржал, аки конь:
— Да шучу я, шучу. Но погоняю знатно. Должен же я тоже получить удовольствие от процесса научного руководства.
— Согласен, — кивнул я и вытащил из портфеля листы с программой исследований.
Борька с подозрением покосился на пухлую стопочку листов.
— Что это?
— Программа диссертационного исследования, — пояснил я.
— И сколько там страниц? — поморщился он.
— Около сорока, — ляпнул я, и Борька скис.
— Ты действительно считаешь, что я буду все это читать? — изумленно спросил он.
Я молча развел руками, а Борька насупился:
— Программа исследований не булькает!
— Понял, — отозвался я и вытащил из того же портфеля «Ной» с пятью звездочками.
— Это «Ной», что ли? — чуть скривился Борька, но потом махнул рукой: — Хотя ладно, сойдет. Мы сегодня с Ильясовым по соточке таки бахнем.
Ильясова я знал и уважал. Хороший ученый. Выходит, Борька с ним в одной коалиции. Интересное дело. А ведь раньше они не ладили.
Божечки, сколько всего изменилось за мою смерть. Меня здесь не было всего каких-то полтора месяца, а все уже вверх ногами.
Ну да ладно, разберусь.
Тем временем Борька спрятал коньяк и сказал:
— Ладно, бросай программу на стол, я потом гляну. И пошли.
М-да, не так я представлял себе нашу первую встречу. Сам-то я всегда внимательно относился к аспирантам и докторантам. Но Борька, он и есть Борька. Ох, чую, Маруське будет с ним непросто.
Я оставил документы и пошел вслед за ним. Мы прошли пару поворотов коридора и очутились в пристроенном флигеле. Я хорошо помнил это здание. Здесь обычно сидели аспиранты.
— Сюда, — сказал Борька, он же профессор Борис Альбертович Терновский и толкнул дверь.
Стоило нам пересечь порог, как он безо всякого вступления или приветствия заявил находившимся в комнате аспирантам:
— Знакомьтесь! Это новый аспирант, Сергей Епиходов. Будет здесь теперь работать. В кругу, так сказать, нашей научной семейки.
При этих словах у меня нехорошо екнуло сердце. Нужно было срочно провести разговор и доказать, что мне надо обратно, в Морки. Но, чтобы что-то доказать, собеседник должен хотя бы выслушать. А Борька такой возможности не дал.
— Ну ладно, дальше сами знакомьтесь, — невнятно буркнул он и добавил: — Лизонька, покажи товарищу, где тут и что.