Копье ударилось о стену и разлетелось в щепки. Я услышал, как острие вонзилось в потолок, словно пуля снайпера. Аннализ рухнула на пол и пнула Каллина по ногам.
Он упал на живот. Третье копье пробило ему почку и вонзилось в пол. Каллин потянулся назад, выхватил из воздуха четвертый гарпун и швырнул его в Ирен. Она взмахнула рукой, и гарпун завис в воздухе, а потом упал на пол.
Каллин поднялся на четвереньки, частично вырвав копье из тела. Аннализ топнула ему по спине, снова повалив его на пол. Пол прогнулся еще сильнее, и гарпун разлетелся вдребезги. Казалось, содрогнулось все здание. Комод опрокинулся, со стен посыпались картины. Где-то снова разбилось стекло. Пол подо мной стал мягким, как будто меня удерживал от падения в комнату внизу только ковер.
Каллин подбросил в воздух синий квадрат. Из него вырвались молнии и ударили Аннализ прямо в грудь. Она отлетела в сторону и упала на меня, ее запястье сильно ударилось о мою правую руку. В тот краткий миг, когда мы соприкоснулись, я подумал, что было бы неплохо схватить ее, и перчатка Ирен помогла мне это сделать.
Меня словно дернули за веревку. Аннализ полетела прямо в разбитые балконные двери, но из-за моего веса ее траектория изменилась. Меня подбросило в воздух, пятки на мгновение оторвались от пола, и как раз в тот момент, когда я твердо встал на ноги и попытался отступить, чтобы выровнять траекторию, я упал на черную ткань на перилах. Я кувыркнулся, и подо мной не осталось ничего, кроме открытого пространства.
Перед глазами замелькали голубое небо и высокие здания. Я протянул левую руку и коснулся края балкона.
Перчатка удержала меня на бетоне. Аннализ повисла на моей правой руке, и я развернулся в воздухе. На мгновение мне показалось, что она вот-вот вырвется из моей руки, потому что у меня просто не хватит сил ее удержать.
Но мне это было не нужно. Перчатка держала ее, и я не смог бы ее отпустить, даже если бы захотел. Я напрягся, готовясь к тому, что от ее рывка мои плечи вывернет из суставов, но этого не произошло. Сила, с которой она тянула меня с другой стороны сигила, не передавалась мне. Я не чувствовал ничего, кроме собственного веса.
Аннализ описала дугу и с силой ударилась о стену здания. Раздался тошнотворный звук, но, похоже, она даже не покачнулась.
— Держись! — крикнула она мне.
— Отличный план, — сказал я. — У тебя всегда такие фантастические планы. — Она подтянулась на одной руке, схватилась за мой ремень, а потом обхватила меня за шею. Теперь я чувствовал ее вес, и она казалась такой крошечной.
Я отпустил ее запястье и схватился за выступ. Я стоял не с той стороны перил, и весь балкон был потрескавшимся и покосившимся. Казалось, он вот-вот рухнет на ряд мусорных контейнеров внизу.
Я почувствовал дыхание Аннализ на своей щеке, когда она перелезла через меня. На какой-то абсурдный миг мне показалось, что она собирается поцеловать меня в благодарность за спасение, но это было бы нелепо. Она ухватилась за скрипучие перила и подтянулась.
— Я думал, что при дневном свете Каллин ослабеет.
— Это Каллин, когда он слаб. — Она перепрыгнула через перила и побежала обратно к месту боя.
— Хорошо. Тогда я сам справлюсь, — я подтянулся и заглянул в спальню. Аннализ стояла на коленях у кровати и аккуратно вынимала ленты из своего жилета. Ирен сидела на корточках у дальней стены. Каллин стоял в центре комнаты, и я с удивлением обнаружил, что на его одежде нет ни капли крови. Белые сферы размером с маленькие персики кружили вокруг него, словно спутники. Две из них бросились на него и с ужасающей силой ударились о его спину, разлетевшись на пыль и белые осколки. Я узнал этот звук, такие же удары я слышал, лежа в темном коридоре. Где же они?
Каллину пришлось сделать шаг, чтобы увернуться от ударов.
— Ты не должна была этого делать.
Ирен достала из сумки молоток с клещами.
Мой призрачный нож лежал среди битого стекла на балконе. Я оглянулся на дерущихся и увидела, как Каллин поднимает Аннализ над головой, швыряет на пол и топчет ногами.
Казалось, весь отель содрогнулся, балкон заходил ходуном и с громким треском прогнулся. Я раскачивался взад-вперед над пропастью, уверенный, что балкон вот-вот оторвется и рухнет вниз, похоронив меня под собой.
До стены здания было всего несколько футов, мне нужно было только до нее дотянуться. Тогда я мог бы прилипнуть к ней, как муха, и вернуться в драку, независимо от того, оторвется балкон или нет. Но сначала мне нужно было выбраться оттуда, где я был.
Я попытался отпустить бетон, но перчатка не поддавалась. Я тянул ее, дергал, напрягался изо всех сил. Перчатка Ирен прилипла к балкону, словно ее приварили.