Она проснулась в ужасном настроении… Встречаю ее на кухне и вижу, как Лина сидит перед остывшим чаем. Сажусь рядом, кладу свою ладонь на ее руку. Не понимаю в чем дело.
«Солнышко, ты в порядке?» спрашиваю тихо я.
«Я хочу, чтобы ты поговорил с Оксаной. Иди к ней и скажи ей о разводе прямо сейчас» говорит твердо и решительно Лина. Она смотрит мне в глаза непонятным мне взглядом, но полным уверенности. И какая муха ее укусила?
«У меня плотный график. Сегодня навряд ли получится…» говорю ей, вспоминая, что сегодня снова придется задержаться на работе.
«Влад, я хочу, чтобы ты развелся с Оксаной!» повышает голос Ангелина. Меня начинает напрягать ее тон.
«Если я сказал, что разведусь с ней, то разведусь. Мне нужно время»
Ангелина встает из-за стола и кидает на меня свой гневный взгляд. Не пойму, что с ней произошло.
«Влад! Ты поговоришь с ней сегодня, иначе…» Лина останавливается на полуслове. Не договаривает и уходит в спальню. Иначе, что? Уйдет от меня? Это странное поведение начинает меня пугать. Будто за сутки ее подменили. Я вхожу в спальню, при этом смотрю на наручные часы. Опаздываю на работу. Нужно бежать.
«Хорошо, я поговорю с ней» соглашаюсь я, неуверенный в своем обещании опять же из-за плотного рабочего дня, а может, потому что все еще боюсь этого разговора…
«Обещаешь?» спрашивает Лина. Она лежит под одеялом в кровати. Одни только голубые глазки торчат. Сажусь рядом и глажу ее по голове.
«Обещаю»
Лина молча отворачивается от меня и еще больше закутывается в одеяло. Трогаю ее лоб. Не горячий. Но ее самочувствие мне не нравится.
«Может, тебе вызвать врача?»
Лина молчит. Время на часах вновь напоминает мне о том, что пора на работу. Ухожу в недоумении.
На работе ЧП. В съемочном павильоне прорвало трубу. Затопило технику. Ремонтные работы почти на весь день. Получается выходной. Выхожу из здания. Вспоминаю свое обещание. Мне стыдно ехать. Дома я отсутствовал долгое время. Мне стыдно перед Оксаной, перед сыном. Ничего не объясняя, я просто исчез. Нужно было объясниться, прежде чем окунаться в омут с головой. Внутри начинает потряхивать. В горле пересохло. Я стою на пороге своего двухэтажного коттеджа. Не решаюсь войти. Надо. Сам заварил всю эту кашу. Вхожу.
«Владислав Игоревич!»
Меня встречает Глафира. Рад видеть эту старушку.
«Что-то долго вы были в своей командировке»
«В командировке?» переспрашиваю я.
«Да, Оксана Павловна так сказала»
Ясно. Достойное оправдание перед знакомыми и близкими. Сын наверняка тоже так думает. Соскучился по нему.
«Егор дома?» спрашиваю я.
«Да, в своей комнате, позвать его?»
«Папа!»
Егор опережает Глафиру. Бежит ко мне и обнимает. На душе скребут кошки. Я обнимаю сына, и во мне просыпается он: червь сомнения. Маленький злобный червячок, который медленно отравляет мой разум своими сомнениями. Правильно ли я собираюсь поступить? Но, как же Лина? Без нее я тоже не могу. Она единственная причина, по которой я просыпаюсь по утрам.
«Папа, идем наверх я покажу тебе новые постеры»
Сын держит меня за руку, словно боится, что я снова исчезну.
«Позже, мой хороший, мама дома?»
«В гостиной»
«Мы поговорим с мамой, и я приду к тебе наверх смотреть твои постеры, идет?»
Егор машет головой и бежит к себе. Иду к Оксане, словно на казнь. Она сидит в гостиной на кожаном диване и читает женский журнал. Или, по крайней мере, делает вид, потому что наверняка слышала мой приход. Я подхожу ближе и сажусь в кресло.
«Я думала, твоя девчонка уже никогда тебя не отпустит» говорит Оксана, не отрываясь от журнала.
Не могу ей пока ничего сказать. Думаю, как лучше начать наш серьезный разговор.
«Мог бы хотя бы изредка появляться дома. Я не знала, что уже говорить сыну и остальным. Эндокринолог твой звонил миллион раз, ты давно у него не был. Совсем со своей курицей мозги потеряли?»
Оксана выбрасывает журнал подальше от себя, далеко в сторону. Я пока молчу.
«Ладно, иди мой руки, будем ужинать. Скажу Глафире, чтобы накрывала на стол»
Вижу, что жена встает с дивана, чтобы уйти на кухню.
«Оксана… Я ухожу»
Она останавливается.
«На работу?»
«Навсегда»
В воздухе висит гробовая тишина. Слышу шумное дыхание Оксаны.
«Ты что… Ты не шутишь сейчас?»
Опускаю взгляд вниз, как нашкодивший котенок.
«Так, ладно, примем это за минутное помешательство» смеется истерическим смехом Оксана.