Но прошла минута, потом другая, а он так и стоял в одиночестве. Затем включился телевизор и зазвучал голос, но не из телевизора, а будто из стен, из потолка, из пола. Голос проникал в самое сердце, потому что у него даже в тот момент было сердце, которое бешено стучало в груди.
— Одно условие, — без предисловий звучно трубил голос, который казался механическим.
Николай почему-то понял, что речь идёт не о нём, а о любимой Веронике. Голос предлагал сделать выбор, чтобы вернуть жизнь в женское тело.
— Ты должен быть верным ей всегда и до последних дней, если выбираешь жизнь, — поставил условие голос.
— Конечно, да! То есть, конечно, нет! Я не предам её никогда! Клянусь вам! — искренне уверял Николай.
Он действительно был честен с голосом. Ему было легко говорить и легко обещать, потому что Николай любил жену, да и его годы… Он уже не мальчик. Ему уже исполнилось пятьдесят три года. Полвека с хвостиком и теперь можно быть верным хоть до гробовой доски.
И голос смолк.
Николай понял, что сейчас снова откроется яркий туннель, как вдруг заметил, что телевизор в углу включил жуткое кино. Время в белой комнате с низким потолком бежало иначе, чем в обычной жизни, и телевизор работал тоже особенным образом, погружая зрителя в чудовищные перипетии фильма, словно Николай сам был одним из актёров. Потребовалась лишь секунда, чтобы увидеть и начало, и горький финал картины.
Внизу экрана Николай заметил дату — 03.05.2023. Он видел дом на колёсах, рядом высокие ворота и три сливы с юной листвой. Потом Николай очутился в драке, наблюдая со стороны, как старика убивают двое мужчин. Старик был слаб и беспомощен; лёжа спиной на мойке, он умудрялся сутулиться и противно кривить беззубый рот. Это был страшный, измученный возрастом человек, которого тоже звали Николай Осокин. Старик желчно клял грабителей, но не мог защитить ни себя, ни свою жену, потому что эти двое после убийства в фургоне пошли в дом.
Что будет в доме, что случится с его женой — Николай понял сразу.
Вероника испугается, включит свет. Щелчок выключателя станет роковой ошибкой. Она спросил: «Коля, ты чего по ночам бродишь?» — а увидит лица воров, и её судьба решена. В 2023 году ей будет семьдесят семь. Разве сможет она сбежать от разгорячённых охотой налётчиков?
— Они убьют мою Веронику… — то ли спрашивая голос, то ли обречённо осознавая будущее, тихо произнёс Николай.
Пауза была короткой. Голос знал, что нужно ответить:
— Подготовь своё тело, Николай, чтобы спасти свою женщину. У тебя в запасе двадцать шесть лет.
— Я их зубами рвать буду! — зарычал верный муж, уже представляя, как убивает налётчиков, покусившихся на его семью.
Но голосу не понравились фантазии Николая. Потусторонний голос отреагировал сразу и весьма категорично:
— Ты должен справиться с ними один. Звать на помощь нельзя никого. И убивать нельзя никого. После нападения все должны остаться живыми. Ты обязан решить эту задачу в одиночку, иначе наш договор будет расторгнут…
Николай не успел ничего возразить. Он готов был вступить в спор, уточняя, как, будучи дряхлым стариком, сможет справиться с двумя крепкими мужчинами. Но голос не желал торговаться, и Николай снова помчался по туннелю с известковыми стенами в обратном направлении.
Яркий свет оставался за спиной, а впереди он видел сосновый лес, мокрую дорогу, шведский грузовик и, наконец, доктора у больничной койки, который с улыбкой сообщил, что его жена идёт на поправку.
3
Сегодня наступило третье мая.
Двадцать шесть лет Николай готовился к этому вечеру. За долгие годы он ни разу не нарушил клятву. Вероника оставалась единственной женщиной, к которой он испытывал тёплые чувства. Николай был верным мужем и прекрасным отцом, а ещё любящим дедом. Соседи, знакомые и даже внуки — звали его исключительно по имени. Хотя впору прибавить и отчество, поскольку скоро юбилей. Восемьдесят лет, это весьма преклонный возраст, и Николай Сергеевич звучит очень даже солидно, но старик не считал себя развалиной и настаивал, чтобы к нему обращались только по имени и только на «ты».
Каждое утро он делал зарядку: упражнялся с гантелями, приседал, качал пресс, отжимался и кулаками наносил хлёсткие удары по боксёрской груше. Два раза в неделю бегал пятикилометровый кросс, представляя победную схватку в доме на колёсах.