Николай бегал, пока ему не исполнилось семьдесят шесть, а костоправ в поликлинике, по фамилии Кацмен, не сказал: «У вас больное колено, товарищ Осокин. Хватит мучить себя. Вы пожилой человек, а не греческий марафонец».
Тогда Николай купил абонемент в городской бассейн. В семьдесят девять лет он проплывал три километра, запросто садился на продольный шпагат. Руки у него сделались цепкими, позвоночник упругим и голова соображала на зависть другим старикам. Но главное, что он избавился от вредных привычек.
Николай Осокин не курил с той поры, когда вышел из больницы. Последние сто грамм выпил в тот злополучный вечер аварии на Рижском шоссе... Он никогда не считал себя разгульным пьяницей, но отказаться от алкоголя всё-таки оказалось сложно. Пришлось бороться с собой, применяя внутреннюю силу духа, потому что спасение любимой, цель куда более значимая, чем отказ от употребления.
И он справился. Николай совершенно трезво относился к различным праздникам и даже собирал коллекцию французских вин, которую хранил в подвале своего дома. Ещё он скопил множество бутылок коньяка, среди которых были как изысканные напитки, так и армянские подделки. Николай складывал коробки с бутылками в доме на колёсах, который купил двадцать четыре года назад.
За долгие годы он ни разу не пригубил даже пива. Добровольную мобилизацию воли венчало третье мая 2023 года. План Николая Осокина был прост и гуманен.
Открыв дверь, грабители должны проникнуть в фургон. Николай, пользуясь эффектом неожиданности, нанесёт удары электрошокером, а затем парализованные тела он обездвижит кабельной стяжкой и вызовет полицию, благо ехать им не больше получаса. Замок Николай поменял ещё в апреле. Теперь тот открывался если не ногтем, то без проблем обычной отвёрткой. У налётчиков нет нужды бить окна, ломать дверь и резать автогеном стены.
Так и случилось. Оба грабителя зашли уверенно в тёмный фургон, который напоминал Николаю, мистическую западню, в которой он был охотником, сменив предначертанную роль жертвы.
— Замок поменял, что ли? — шёпотом сказал первый грабитель, который был невысок, но в плечах кряжист.
— А зачем менять? — настороженно призадумался второй вор, который казался парнем не спортивным, но его громадный рост впечатлял. Следовательно, второй и есть главная цель.
— Откуда мне знать, зачем? — ответил кряжистый парень.
Когда первый прошёл мимо, а второй поравнялся с атласной шторкой, Николай выбросил вперёд руку, пуская в ход парализатор мощностью целых 3 ватта. Он метил в шею, чтобы сразит наверняка… Выпад в шею из засады Николай репетировал тысячу раз, нешуточно называя себя: Коля-мангуст.
Но высокий налётчик заработал лишь удар в плечо. Его здорово тряхануло, а ещё больше удивило, что кто-то прячется в темноте.
Тогда старик снова и снова нажимал кнопку, метая колючие молнии. Но высокий словно носил броню. Он откинул в сторону шторку и запросто выбил из сморщенной ладони электрическое оружие. Потом, вовсе не целясь, он выбросил вперёд руку, попав Николаю точно в челюсть.
Отлетая к стене, старик здорово ударился спиной и затылком. Срывая атласную шторку вместе с прищепками и верёвкой, он хотел сразу подняться, чтобы продолжить сражение, но голова закружилась, и Николай потерял сознание.
4
Муж всегда заботился о своей Вероничке. Ещё днём он отправил её к дочери в город. Жена должна вернуться только четвёртого мая, после обеда. Николай встречал грабителей в боевом одиночестве. Хотя мог бы заручиться поддержкой сына или трёх уже взрослых внуков, но он помнил условия договора.
— Дед, ты чего не спишь? — удивлённо спросил старший внук, которого звали Андрей.
Николай сидел на полу, аккурат возле биотуалета, опасливо щупая свою челюсть. Он водил языком по зубам. Глотал кровавую слюну. Щурился…
Внутри фургона стало светло. Не так светло, как в комнате с низким потолком, но было хорошо видно всех — и двадцатишестилетнего внука, которого звать Андрей, рождённого сразу после аварии на Рижском шоссе и его друга детства — то ли Антона, то ли Кирилла.
— Руки покажи, — приказал внуку Николай.
Внук послушно засучил рукава толстовки и как на осмотре у доктора завертел ладонями.
Хищных татуировок не было. Руки были чистые.
— Хорошо хоть я не по туннелю летаю, — пробормотал Николай. — Ты, что ли, меня в нокаут отправил?
Андрей пожал плечами, кивая куда-то в сторону.
— Не я. Друг мой Кирюха. Ты его должен знать, — виновато ответил внук. — Он чуть в штаны не навалил... Но ты, дед, тоже хорош! Прячешься здесь… напугал нас до усрачки! Ладно ещё шокером врезал, а ведь мог и стрельнуть. Ружьё-то у тебя есть?