Он мрачно взглянул на визитку и пробормотал:
– К вашим услугам.
Я поехал к дому Карлсона. По дороге еще раз попробовал дозвониться на мобильник Ангусу, но он не отвечал. Одна надежда, что за то время, что я был в книжной лавке, он успел вернуться домой.
Мне открыла Гейл и спросила:
– Детектив Дакворт?
Я кивнул, протянул руку.
– Привет, Гейл.
– Ну, что, нашли его?
– Нет, – ответил я. – Можно войти?
– Да, конечно. Чем вас угостить? Может, кофе?
– Кофе будет в самый раз.
– Так его в книжном не было?
– Нет. И вряд ли он туда вообще заходил.
– Странно все это, – протянула Гейл. – Ведь он сам говорил, что собирается туда зайти. А после того как вы ушли, я пыталась дозвониться ему, но он не отвечает. – Гейл вдруг заволновалась: – Послушайте, как думаете, может, с ним что случилось?
– Ну мне, по крайней мере, это неизвестно, – ответил я. – Подумайте хорошенько. Куда еще он мог поехать?
Она покачала головой:
– Понятия не имею.
– Ну а если к матери? – осведомился я. – Она живет где-то поблизости? Как думаешь, может, он решил поговорить с ней о том, что произошло с ним вчера?
Лицо у Гейл скривилось. Губы задрожали.
– О господи, – пролепетала она.
– Что такое? – спросил я. – Что он сказал?
– Ангус никак не мог поехать к матери.
– Почему?
– Да потому что она умерла. Умерла уже давным-давно.
– Его мать умерла? – изумился я. – Но как же так? Буквально сегодня я спрашивал его, что он собирается делать, и он сказал, что собирается навестить ее.
– Нет, – ответила она, качая головой.
– Но почему он сказал, что собирается повидать ее, и почему он делал вид, что говорит с матерью по телефону, раз она умерла?
– Иногда он так делает. Говорит, это ему помогает. Когда он был в терапии, они предложили ему такой способ лечения. Когда он под стрессом, когда сердится, надо вслух проговаривать все свои чувства и ощущения. И это ему поможет, поможет снять напряжение.
– Так, давайте-ка присядем, – предложил я и увлек ее за собой в гостиную. Мы уселись друг против друга, нас разделял журнальный столик. – Когда умерла его мать?
– Когда ему было семнадцать, – ответила Гейл. – Почти двадцать лет тому назад.
– От чего умерла?
– Она покончила с собой. Прыгнула с моста на автомобильную трассу. С головой у нее было не все в порядке, ну, вы понимаете, о чем я.
– Депрессия?
– Да, это, и кое-что еще. Отец бросил семью, когда Ангусу было восемь, и мать воспитывала его в одиночку. Ну а потом умерла.
– Похоже, детство у него было не слишком счастливое, – заметил я.
– Она… она была не очень хорошей матерью, – сказала Гейл.
– Жестокое обращение?
Гейл кивнула:
– Причем не только в физическом, но и в психологическом смысле. Она не всегда была такой. Когда Ангус был совсем маленьким, она вела себя нормально, вроде бы была счастлива. Но затем, после того как отец бросил их, с ней что-то произошло. Она изменилась. И мышление, и поведение изменились полностью. Просто удивительно, что сам Ангус ведет себя так сдержанно и нормально, по большей части.
– Что это значит, по большей части?
– Ну, у него есть один пунктик… считает, что мы не должны заводить детей. Он просто их не хочет. Словно боится, что, родив их, я превращусь в такого же монстра, каким была его мать. – Глаза ее наполнились слезами, Гейл всем телом подалась вперед. – Но я никогда и ни за что такой не стану!
– Конечно же, нет, – поспешил успокоить я ее. – Ладно. Поскольку он никак не мог поехать повидаться с матерью, где, по-вашему, он может находиться? Есть идеи?
Она покачала головой:
– Никаких.
– Так, значит, вы пытались дозвониться ему, но он не отвечал?
– Да.
– Ну а эсэмэсок не отправляла?
– Нет, не отправляла.
– Знаешь, человек может запросто не отвечать на звонки, но при этом почти всегда просматривает сообщения. Хочу, чтобы ты отправила ему письмо.
Гейл поднялась, пошла на кухню и вернулась с мобильником.
– И что, по-вашему, я должна ему написать?
– Ну, нечто такое, что могло бы заставить его позвонить домой. Нечто, что он никак не может проигнорировать.
У нее задрожала нижняя губа.
– Что происходит? Почему вы так хотите переговорить с ним?
– Напиши ему следующее. Всего одно слово. «Позвони». И не забудь поставить восклицательный знак.
– Да что происходит? – снова воскликнула она.
– Просто сделай это. Но пока не отправляй.
Она указательным пальцем набрала сказанное мной слово.
– Ладно, что дальше?
Я пытался сообразить, что может заставить любого мужчину немедленно позвонить домой. Ну, помимо приглашения к сексу. Или, как в моем случае, что дома испекли торт.