Ронда развернулась и устало привалилась спиной к стене.
– Да, я дошла до ручки. Но ты выглядишь в сто раз хуже.
– Ага, – улыбнулся и кивнул я. – Просто устал.
– А я слышала, что тебе стало плохо у дома Руни, когда приехали парамедики. Была острая боль в груди.
Я отмахнулся.
– Да все оттого, что я бежал, гнался за ним. И длилось это всего секунду.
– Пообещай, что пройдешь обследование.
– Обещаю. – Я на секунду умолк. – Вообще-то я его уже прошел. Пару дней тому назад говорил с врачом. И она сказала – нет, ты только подумай! – что у меня проблемы с лишним весом. Надо срочно худеть.
– Забавно, – протянула шеф, стараясь сохранить серьезное выражение лица, что ей вполне удавалось.
– И не говори. Морин пытается убить меня овощными блюдами.
– Надень «жучок», – предложила Ронда. – Тут-то мы ее и поймаем. Услышим, как она старается запихнуть в тебя все эти овощи, приедем и арестуем ее.
Я слишком устал, чтобы смеяться.
– Ты прости меня, ну, за ту историю.
Она не стала притворяться, что не понимает, о чем это я.
– Все бывает.
– Я говорил с Морин. Наедине. Но Тревор подслушал и рассказал Финли. У Финли было что-то на Тревора. Ничего такого особенного, но достаточно, чтобы начать его шантажировать. Ну и он поднажал на него.
– Дело не в том, что все выплыло наружу, – сказала Ронда. – Дело в том, что ты поверил, что я облажалась.
Я кивнул:
– Да, тогда я в это поверил. Но все это от отчаяния. За последний месяц, когда все это дерьмо стало вываливаться на нас просто ведрами, я и сам облажался много раз, сразу и не сосчитать. – Я выдержал паузу. – Может, уже просто выдохся.
– Нет.
– Но я на службе вот уже двадцать лет.
– Серьезно?
– Пришел в мае девяносто пятого. Был немного моложе и значительно стройнее.
– Я не знала. Надо это как-то отметить. Закатить вечеринку.
– А я хочу отметить юбилей, выспавшись хорошенько.
– Послушай, а продержаться до следующей пресс-конференции никак не сможешь? На которой ты просто обязан появиться?
Я кивнул:
– Ладно, так и быть. Но сначала предстоит одно небольшое дельце.
Брови ее поползли вверх.
– Давай, выкладывай.
– Я не хочу, чтобы Уолден Фишер узнал об этом в новостях. Не хочу, чтоб он включил радио и услышал, что мы схватили парня, который убил его дочь. Он должен узнать первым и выслушать это лично от меня.
Ронда Финдерман кивнула:
– Согласна.
– Так что сейчас прямо к нему и поеду. А потом позвоню родителям Лорейн Пламмер. Ну и, наверное, Билл Гейнор заслуживает того же, пусть даже и находится в тюрьме.
– Я сама ему сообщу, – вызвалась Ронда. – Ну а потом займусь бумажной работой, необходимо выдвинуть официальное обвинение против Карлсона.
Я поблагодарил ее кивком. Выплеснул недопитый кофе в раковину и вышел из здания. Хотел уйти тихо и незаметно, но тут увидел Рэндела Финли – он стоял возле моей машины.
– Так и подумал. Ты там, где твои колеса, – сказал он. – Как раз собирался зайти и поискать тебя там.
– Привет, Рэнди.
– Это правда? – спросил Рэнди.
– Что правда?
– Хотят слухи, что вы кого-то поймали. Ну, виновника всех этих убийств. Женщин.
– Сегодня чуть позже состоится пресс-конференция, там все и скажут.
– И о Викторе Руни я тоже слышал. Господи, Барри, да у тебя сегодня счастливый день! Это ведь ты все раскопал? В обоих случаях, да? Ты вычислил этих гадов?
Никаким вымученным энтузиазмом, который был мне так ненавистен, от него и не пахло. Я слышал в его голосе лишь самое искреннее восхищение, но слишком устал, чтобы отдать этому должное.
– Да, весь этот день был полон открытий, – заметил я. – Но во многом еще надобно разобраться.
– Помнишь, что я всегда говорил? Это ты должен быть шефом городской полиции. Ты самый подходящий человек на этот пост.
– У нас уже есть шеф, – отозвался я. – И справляется она просто прекрасно. Я не забыл, сколько дерьма ты вылил на нашу полицию. – Впрочем, злости у меня в голосе не было. – Кроме того, не понимаю, какое все это имеет к тебе отношение.
– Я передумал, – произнес Финли.
– Ты… что?
– Я буду участвовать в выборах на пост мэра. Найду удобный момент после траурных мероприятий, – тут он склонил голову в знак памяти о погибших, – и заявлю об этом официально.
– С чего это вдруг такие перемены?
– А чем еще я могу заняться в этой жизни, Барри? Просто сидеть и разливать воду по бутылкам? Да я так с ума сойду! Я должен заняться чем-то более значительным и важным. Мне нужны перемены.
Рэнди произнес это с таким выражением лица, что я сразу ему поверил.
– Что ж, поступай, как считаешь нужным, – произнес я. Распахнул дверцу автомобиля и сел за руль.