Машина попятилась и исчезла из виду.
– Мать твою! – выругалась Джойс и с силой грохнула кулаком по столику – так, что монитор содрогнулся.
Она просмотрела пленку до отметки в 1.20, но больше ничего не происходило.
Джойс откинулась на спинку кресла, закинула руки за голову, переплела пальцы и снова выругалась:
– Ах ты, мать твою!
Ей непременно нужно узнать, что за сукин сын сидел за рулем той машины. Но она понимала: его должен был видеть совсем другой человек.
Надо срочно найти этого бегуна.
За последние пару недель я несколько раз просматривал папку с делом Оливии Фишер. Основные факты мне были известны, а именно: это была красивая молодая женщина двадцати четырех лет, с темными волосами до плеч и большими ясными глазами. Рост пять футов пять дюймов, вес 132 фунта. Родилась здесь, в городской больнице Промис-Фоллз, здесь же ходила в школу. Никогда не меняла места жительства, хотя такая возможность у нее имелась.
Оливия была помолвлена с Виктором Руни, ему тогда тоже исполнилось двадцать четыре года. Он тоже родился и рос в Промис-Фоллз. Два года посещал колледж Теккерея, потом бросил. Решил, что учеба в колледже – это не для него. И за несколько месяцев до смерти Оливии поступил на работу в городскую пожарную часть. На протяжении нескольких лет сменил не одно рабочее место, чем только не занимался. И работал не только в городе, но и в других местах и в самых разных областях.
Из разговора с отцом Оливии Уолденом, который состоялся не так давно, я узнал, что однажды Виктора наняли летом на работу на станцию водоочистки.
Они должны были пожениться в конце августа 2012 года. Был зарезервирован зал в ресторане, друзьям и знакомым разосланы приглашения. Оливия только что окончила курс обучения в Теккерее по охране окружающей среды, и ее ждала работа в Бостоне, в Институте океанографии. Она собиралась принять это предложение, пусть даже оно означало, что впервые за все время жить ей придется вдалеке от родного Промис-Фоллз и своей семьи. Виктор говорил, что ему тоже очень жаль покидать Промис-Фоллз, но он рассчитывал найти работу пожарного где-нибудь в Бостоне или поблизости.
Но этому не суждено было сбыться.
В пятницу 25 мая в девять двадцать вечера Оливия Фишер находилась в парке Промис-Фоллз, неподалеку от подножия водопада, где договорилась встретиться со своим женихом. Он работал в дневную смену и собирался выпить с приятелями после работы в баре «У Рыцаря». Оттуда ровно в девять он рассчитывал выйти и дойти пешком до парка, тот располагался недалеко, всего в нескольких кварталах от бара. К тому же он понимал, что в этом состоянии лучше за руль не садиться. Но в баре он потерял счет времени.
Если бы Виктор отправился в парк вовремя, возможно, Оливия осталась бы жива. На нее не напали бы сзади и не всадили бы нож в левую сторону живота. И возможно, нож убийцы не располосовал бы ее живот.
То был характерный почерк убийцы, он словно подпись свою поставил. Огромная слегка изогнутая в середине рана напоминала жуткую улыбку.
Это заняло у убийцы лишь несколько секунд, не более. Но Оливия все же умудрилась закричать. Судя по всему, как минимум дважды.
Два диких пронзительных крика разорвали тишину.
Убийца немедленно ударился в бега. Не оставил никаких признаков изнасилования жертвы. И грабить тоже не стал. Не забрал ни кошелька, ни каких-либо других ценностей или предметов.
Дело об убийстве Оливии вела бывший детектив, а теперь шеф городской полиции Ронда Финдерман. Вся эта история произошла, когда меня в городе не было, и я не принимал участия в расследовании на начальных его этапах.
Ронда вела весьма подробные записи. Никаких ошибок я в них не усматривал. Мои проблемы с Рондой начались после того, как выяснилось: она не усмотрела сходства между этими двумя убийствами – Оливии Фишер и Розмари Гейнор. Но я сразу заметил это сходство и сделал вывод, что смогу взять на себя ответственность и распутать эту паутину не хуже любого другого детектива.
Я самостоятельно узнал кое-какие любопытные подробности из жизни Оливии Фишер.
Как и в случае с Лорейн Пламмер, она была участницей сексуальных игрищ с тремя парами: Адамом и Мириам Чалмерс, Питером и Джорджиной Блэкмор и Клайвом и Лиз Данкомб. Она мечтала познакомиться с известным писателем Чалмерсом – и приняла приглашение отобедать в его доме, где присутствовали и остальные вышеназванные персоны. Если некоторых молодых женщин, приглашаемых для сексуальных утех, приходилось накачивать наркотиками, Оливия – если верить показаниям того же Блэкмора – пошла на все это по доброй воле.