— Да потому что я в этом уверена, Уил. — Так же усмехаясь, ответила Джудит. — Женское чутьё не сравнимо с мужским, даже вашим, детектив. Ведь именно мы, я и Бланш, нашли больше всех жемчужин в игре. И только мы, женщины, сможем найти в зале бабочек ещё одну жемчужину. В этом я вас уверяю, детектив.
Слушая леди Стен, я вновь терялась в догадках. По нашим с Генри выводам, именно она ударила бедного Ива Хоупа по голове и выкрала из секретера контейнер с бабочкой Павлиноглазкой. Но она ведёт себя так, как будто… этого не делала?! Я ничего не могла понять, и вопросительно посмотрела на Генри.
Он мне слегка кивнул и произнёс. — Господа, если мы обо всём договорились, то я вновь вынужден вас покинуть. Меня вызвали в город и мистера Тонга тоже. Мы вернёмся только завтра к обеду. Желаю всем интересной игры. — Он встал и обратился ко мне. — София, у меня для вас несколько поручений. Пройдёмте в зал бабочек. Мистер Тонг, — обратился он к врачу, — я жду вас у подъезда ровно через час.
— Вы правы, София, — сказал мне Генри, когда я поделилась с ним своими сомнениями на счет леди Стен, — я тоже не уверен, что Джудит могла так жестоко ударить Ива по голове. Значит, выводы наши не верны. Придётся вам подумать над решением этой задачи, пока меня не будет.
— Я опять остаюсь одна. — Сказала я, прибираясь на своём рабочем месте.
Я взяла в руки ключ от секретера, который мы нашли на полу возле окна, и подошла к секретеру. Открыв его крышку, я от неожиданности вскрикнула. В нём лежал контейнер с Павлиноглазкой!
— Что это! Как она здесь оказалась?
Генри был уже рядом. — Ты меня напугала, София, а я бегать пока не умею. Что случилось? — Сказал он и увидел контейнер. — Так… Очень интересно. И что ты об этом думаешь, София?
Я взяла в руки контейнер с бабочкой и тут же поняла, что его вскрывали, а потом вновь восстановили «невинность».
— Тот, кто его брал, понял, что жемчужины в контейнере нет. — Сказала я и резко повернулась лицом к Генри. — Теперь он знает, что жемчужина у тебя и будет охотиться за тобой, Генри. Ты в опасности!
— Не думаю. Я открыто заявил, что только недавно узнал о жемчужине, что даже не представляю, как она выглядит, и я попросил помощи у своих…друзей. И ещё детективу Сарану теперь не надо угрожать тебе, потому что зал с бабочками будет свободно открыт для её поиска. Ему осталось только найти третью тайную жемчужину, стать победителем игры, решить судьбу жемчужного ожерелья, стать третьим участником поиска жемчужины «Три глаза Бога» в зале с бабочками, затем найти и…украсть её. Впрочем, как и всем остальным игрокам.
— Теперь я понимаю твои слова там, за обедом, когда ты выставил своё условие. Но получается, что один из пяти игроков теперь знает, что жемчужины нет в Павлиноглазке. И кто он?
Генри улыбнулся. — Разгадывай эту загадку. Тебе теперь ничего не грозит, София. Спокойно ходи по замку и наблюдай за игроками, а я поехал в город.
— Зачем ты берёшь в город врача Тонга? — Спросила я и Генри нахмурился.
— Что бы…сохранить ему жизнь. Мы обязаны узнать, кто убил мистера Литта. Для этого миссис Морт отдано указание рассказать каждому игроку о том, что мистер Тонг нашёл пустую ампулу у постели мёртвого Тома и…забыл взять её в город, что бы отдать следствию.
Я открыла рот от удивления. — И что должно произойти?
— Убийца придёт за ампулой в комнату врача Тонга, а там его будет ждать мой дворецкий и один детектив, который тайно уже прибыл в замок.
— И всё же вы уезжаете, мистер Блюбирд. Здесь будут происходить такие события, а вас… нет рядом.
К моему удивлению, Генри прислонил свою трость к столу и…обнял меня за талию двумя руками.
— Ты даже и представить себе не можешь, как я буду близок к…этим событиям. — Он слегка улыбнулся, увидя, как я растерялась. — Здесь остаются мои глаза и уши, а также…моя душа. Не беспокойся ни о чём, просто ходи по замку и изучай его. Я надеюсь, что эта ночь всё решит и между нами больше не будет не понимания… А сейчас, мне надо уйти.
Он так резко отпустил меня, что я пошатнулась. Мало того, что его объятия меня превратили в статую, затем его непонятные слова полностью смутили и сердце моё и голову, так он ещё и резко всё это прекратил?! Я стояла ошарашенная, прижимая к себе контейнер с бабочкой Павлиноглазкой, и смотрела, как Генри берёт в руку свою трость.
— Тебе надой уйти. — Тихо проговорила я. — Очень жаль…
Что я такого сказала, что заставило Генри вновь прижать меня к себе, но уже и поцеловать меня, я так и не поняла. Да и думать я не могла. Все мои мысли отключились, зато включились чувства и желания, которые заставили трепетать не только мою душу, но и тело. Его губы были такими горячими, что огнём вспыхнули мои щёки, и я вся погрузилась в пламя ещё неведомых для меня страстей.