Желая хоть как-то отвлечься от ожидания Ниночка хваталась за различные небольшие дела.
- Черт бы побрал этих китайцев! - как маленький ураган ворвалась в кабинет Яна.
- Что случилось? - оторвала взгляд от документа блондинка.
- Они не хотят предоставлять информацию. Вообще ни в какую. Уперлись, как бараны.
- Надави на них побольше.
- Давлю. Давлю!
- Прибегни к шантажу.
- Э не, я хорошая девочка и играю по правилам.
- Это скучно.
- Это безопасно.
Брюнета свалилась на стул подперев рукой подбородок и уставилась на сестру.
- Зайди ко мне сегодня забери документы по делу Пригожина.
- Ты что все еще его ведёшь?
- Я с ним закончила, поэтому и говорю про документы. Осталось только оформить, но я этого сделать не могу ведь ты же у нас босс, который должен влепить свою царскую печать.
* * *
Нина оказалась во дворе кузины уже за темно. Роясь в кармане девушка совсем не заметила под ногами препятствие и споткнувшись повалилась на снег. Ворох снежинок поднялся на неё ореолом осыпая волосы и куртку. Сев девушка узрела самую обычную метлу. Такими обычно орудуют дворники, но поблизости никого не было. Стоило это подметить как из подъездной двери вывалился человек в профессиональной одежде. Только вот к метле он почему-то решил не направляться и Нина только пожала плечами провожая его взглядом. Встав с холодной земли и отряхнувшись девушка направила свои стопы к подъезду.
Через несколько минут Нина оказалась у входной двери Яны Ежовой.
Блондинка упорно долбилась в дверь, ожидая когда же ей откроют, но в ответ была только тишина и не долго думая девушка достала свою копию ключей от квартиры кузины и вошла внутрь. Кругом царил мягкий полумрак, только из приоткрытой двери дальней комнаты струился мягкий свет. Нина справедливо решив, что Яна, наверное, слушает в наушниках музыку потому и не слышала стука направилась к ней. Почти у самой двери она услышала лёгкое поскрипывание. Она точно знала, что в спальне сестры весела большая люстра которая от ветра начинает качаться и издаёт именно такой звук. Откуда было взяться ветру? Неужто Яна стала бы открывать окно в мороз? Нехорошее предчувствие начало зарождаться внутри. По позвоночнику побежали мурашки распространяясь по всему телу. Если бы окно было открыто от двери бы веяло холодом. А в квартире было довольно тепло и даже от пола не дуло.
Резко отварив дверцу девушка так и застыла на пороге. В примерно метре от неё было то чего она увидеть никак не ожидала.
Две ноги. Почти белые. Примерно на уровни её талии. Взгляд стремиться дальше к коленкам прикрытым красным шёлком, дальше к рукам безвольными плетьми, повисшими вдоль тела и наконец то на копну темных волос прикрывающих лицо, сквозь которые всё равно можно увидеть распахнутый рот.
Нет. Ей просто кажется. Да точно она просто переутомилась. Это никак не может быть Яна. Её милая вечно весёлая Яночка. Она не может висеть на верёвке привязанной к люстре. Не может. Повинуясь дикому порыву Нина преодолевает небольшое расстояние и дотрагивается рукой до материи красного платья чуть тянет и встречается взглядом с затуманившимися глазами нежного орехового цвета. Может.
Тело цепенеет, блондинка медленно осаживается на пол и как будто отставая от действий квартиру сотрясает крик.
Яна повесилась.
* * *
Смерть ощущалась везде. Можно было чувствовать её запах, вкус ощущался на языке. Зарождался где-то в носоглотке. И самое главное она была в голове.
Так много. Она затапливала всё. Её улыбающиеся лицо не давало пути другим мыслям. Она выворачивала насквозь и бросала на пол.
Ломала кости. Сдирала кожу. Становилась частью чего-то что раньше было человеком.
Нина именно так себе и ощущала.
Трясущееся руки, расфокусированный взгляд и много, много боли. Водоворот образов и призрачных ведений.
А потом были похороны.
Ничего так не напоминает о не долгосрочности жизни, как кончина другого и посещение кладбища. Именно там мы ощущаем, как время быстро просачивается сквозь нас и забирает секунды, минуты, годы. Жизнь.
Именно там наблюдая за тем как под землю опускают гроб, в нас появляется желание действовать здесь и сейчас. А некоторым хотелось, чтобы их закопали вместе с гробом.
Если бы вы спросили Нину Ежову что она помнит с похорон Яны, она бы промолчала. Глубоко задумалась, возможно грустно усмехнулась, но промолчала. Потому что она не помнит с того дня ничего. Потому что её словно там и не было. Хотя возможно так оно и было.