- Пожалуйста, одну беленькую!- бросил Тимур на прилавок пятерку.
Буфетчик спросил.
- Что еще?.
- Пять бутербродов.
Компания встретила Тимура молчанием. Он призвал на помощь все свое самообладание. В его голосе снова появились пьяные нотки. Глаза забегали с предмета на предмет, с лица на лицо, словно потеряли ориентировку в пространстве.
- Кто сказал, что не смогу больше пить? Ты?
- Я, разрази меня гром!-признался Валька.
- Я, б-бывало, не с-столько п-пил. Эт-то пустяк… Кто поддержит меня? Ты?-посмотрел Тимур на Генку.-Давай стакан…. Ты давай тоже,- обратился он к Алику.- Будем гулять… Папаша, вы тоже выпьете? Л-люблю об-бщество… Разрази меня гром, ты куда? Давай посудину!
Валька пододвинул к Тимуру пустой стакан.
- Мне немножко.
- Конечно. Я б-больше себе налью. Своя рука владыка.:. Потянули, братцы-кролики?
Тимур взял свой стакан и, ни на кого не глядя, выпил. Огненная жидкость обожгла все внутри, хмель ударил в голову.
- Ты гляди, выпил!-выкатил глаза Валька.
- Сейчас поведет его,- усмехнулся Генка.
- Поведет,- подтвердил Иван Сергеевич.- Взяли?- перевел он взгляд на Алика.
«Взяли» дружно. Никому не хотелось пасовать перед незнакомцем.
- Как тебя дразнить-то? По-батюшке, по-матушке?
- По-матушке, по-батюшке? Тимур я, понятно? До батюшки и до матушки еще не дорос.
- Ростом ты дорос не только до матушки и до батюшки, разрази меня гром, до самого дедушки дотянулся!-захохотал Валька.
- Велика фигура, да дура,- скривился Генка.- Чего еще!
Водка делала свое дело: глаза Генки с вызовом смотрели на Тимура, пальцы сами собой сжимались в кулаки.
- Ладно, ты! Петух!- цикнул на Генку Алик.- Кулаки чешутся? Почеши об рога!.. Выпьешь еще, Тимур?
- Н-е-е-е… Я з-знаю норму… Вот пива стакан, пожалуй, можно, эт-то не повредит,- с благодарностью взлянул Тимур на Алика.
Иван Сергеевич ударился в философию.
- Молодежь… Я в ваши годы, бывало, давал прикурить… Весь город говорил обо мне… Эх, сбросить бы мне с четвертак! Увидели бы вы, на что я способен!
Валька пьяно восхищался:
- Вы, Иван Сергеевич, и сейчас еще, разрази меня гром, можете… Нет, Иван Сергеевич, не прибедняйтесь! Не прибедняйтесь, Иван Сергеевич!
Алик молчал. Присматривался к Тимуру. Должно быть, решал: можно ли доверять этому человеку? Стоило ли заводить с ним дружбу?
8 .
Алик остановился около небольшого кирпичного домика, обнесенного деревянным забором.
- Это моя хибара! Прошу!
- Уж поздно,- стал отказываться Тимур.- Лучше в другой раз.
- В другой, так в другой,-прислонился Алик к косяку,- Мы с тобой еще погуляем. Мои кореши - те еще ребята. С ними можно работать. Знаешь, как они умеют дела делать?
- Какие дела?
Слишком поспешно задал вопрос Тимур. Алик насторожился, ответил уклончиво:
- Потом узнаешь.
- Ну что ж. В чужое нос не люблю совать и в свое не пускаю…
- Обиделся?
- Что ты. Я не из обидчивых. Сам по себе.
Ответ успокоил Алика.
- Эх, был бы с нами сейчас мой кореш Борька,- признался он хвастливо,- мы такого дрозда дали бы, что чертям стало тошно!
- 3-заливай!
- Не веришь?
- Никакого кореша у тебя нет.
- Есть!
- Я т-твой к-кореш! Ясно?
- Ты? Правильно! Есть еще Борька!
Тимур загорелся ревностью.
- Где же он? Давай его сюда, выпьем вместе… Чтоб чертям стало тошно…
.- Кабы можно было дать,- повел огорченно плечами Алик,- выпили бы уже… Ничего ты, Тимур, не знаешь. Нет Борьки.
- Уехал, что ли?
- Здесь. В городе… Только доступ к нему того… закрыт,- приложил Алик палец к губам.- Карантин!
- А-а,- печально протянул Тимур.- В инфекционной больнице. Как это я сразу не усек. Пробьемся! М-меня никакие микробы не б-берут!
- Какая там инфекционная больница!-качнулся Алик.- Он в… милиции… Только это между нами. Никому ни слова. Дошло?
- За к-кого ты меня принимаешь?-Тимур сделал вид, что оскорблен намеком.
- Остынь!-тронул его плечо Алик.- Это я к слову. Жаль Борьку… Ни за что ни про что…
- Ничего, не горюй! Придумаем что-нибудь. Я не т-такие дела провертывал.
- Ты отличный мужик, Тимур. Я тебя понял начисто сразу, когда увидел, как ты водяру тянешь… Послушай, не кинуть ли нам еще по сотке?- зашарил Алик по карманам.