Секретарь парткома внимательно выслушал Сорокина, записал что-то на листке отрывного календаря.
- Не понимаю, что делается с некоторыми людьми,- пожаловался он.- Я знаю Шелгунова давно. Он был одним из самых активных производственников. Его рационализаторские предложения принесли заводу десятки тысяч рублей прибыли. К недостаткам относился нетерпимо. Теперь все растерял. На безобразия смотрит сквозь пальцы, с товарищами не советуется.
- Может, подсказать надо, руководить - это тоже искусство, а Шелгунов им еще не овладел,- высказал свои соображения Сорокин.
- Видимо,- согласился секретарь парткома.- Мы тоже хороши. Ждали, пока не поступит сигнал.
- И от кого,- улыбнулся Сорокин.- От милиции…
- Это кажется странным,- серьезно заметил секретарь.- Ну, а по существу ничего противоестественного тут нет. Работник милиции более зорок. И если он интересуется поведением того или иного члена коллектива за пределами завода, То почему бы ему Не задаться вопросом: а как он относится к делу, с кем дружит, наконец, каково влияние на него коллектива. Мы ведь тоже ответственны за поступки своих товарищей. Согласны?
- Вполне! - кивнул Сорокин.
- Так давайте вместе заниматься этим. Милиция пока редкий гость на заводе.
- По мере необходимости,- объяснил Сорокин.
- Иначе говоря, по оперативному поводу, в связи с происшествием… Если же без происшествия… У рабочих много вопросов к милиции. Многие, например, хотят знать, привлекается ли к уголовной ответственности человек, который при защите нанес тяжелое телесное повреждение тому, кто напал на него.
- Об этом неоднократно писали газеты.
- Видите ли. Выступление печати-одно, встреча с вами- другое. Разве плохо, если вы побываете у нас, поговорите по душам… Вас не знают некоторые наши рабочие, да и вы знакомы с ними. Впрочем, можете прислать кого-нибудь вместо себя.
- Очевидно, в самое ближайшее время у вас побывают наши товарищи, возможно, побываю и я,- ответил Сорокин.- Все упирается в сроки. Люди очень заняты.
- Понимаю. Сам когда-то работал у вас.
- Серьезно?
- Вполне. Вас это удивляет?
- Конечно. Не представляю себе человека, который изменил нашей профессии.
- Я не изменил… обстоятельства вынудили. Вот смотрите,- секретарь выставил вперед ногу, и Сорокин увидел оголившийся протез.- В общем, поступил на завод. В милицию не приняли: сказали, что не справлюсь. Никакие доводы не помогли.
- Простите,- смутился Сорокин.
- Ничего. Бывает. Заходите.
- Спасибо. До свидания.
Ткаченко оказалась дома. Сорокин показал ей фотографии Боброва, Гирина, Тихого. Она узнала дружков Цыбина и сказала, что видела их неоднократно с Борисом у пивного бара и кафе. В последние дни, правда, никого не видела. Возможно, компания облюбовала другое место.
Женька Бобров знал, что Цыбин арестован, поэтому наверняка сигнализировал об опасности, нависшей над бандой. Поставлен, по-видимому, в известность и Тихий, Алик, тот самый, с которым завел дружбу Тимур. По воровскому уставу, Тимура должны показать главарю или его помощнику. Иначе говоря, Женьке Боброву - потому что он был не последним лицом в банде. Вероятно, даже первым… Для Тимура создавалась критическая ситуация. Осуществляя собственный довольно смелый план, он практически оказывался в ловушке… Необходимо срочно принять какие-то меры.
Сорокин позвонил в отдел, спросил не появлялся ли Азимов.
- Не появлялся,- ответил Тимохин.- Впрочем, появится не скоро.
- С чего ты решил?
- Сам знаешь, чтобы задержать восемнадцать нарушителей, необходимо время.
- Почему восемнадцать?-удивился Сорокин.
- Первый раз было девять, сейчас восемнадцать… Прогресс!
Тимохин, как всегда, шутил. Азимов, видимо, был где-то с Аликом Тихим… Где? Если к этому делу действительно подключился Женька, то трагической развязки не миновать.
Сорокин взял такси и помчался к Бобровым.
К счастью, Женька оказался дома. Он сразу же потащил Сорокина в свою комнату и поставил на стол бутылку коньяка.
- Опрокинем, пока нет предка.
- Не хочу.
- Боишься Клары? Она тебе еще не жена. Ничего не скажет.
- Дело не в Кларе.
- В чем же?
- Просто, не хочу. Где она?
- У себя.
Клара кинулась навстречу.
- Ник! Как хорошо, что ты пришел! Я хотела поехать к тебе.
- Что-нибудь случилось?
- Случилось, Ник, случилось! Я соскучилась. Очень со-скучилась! Ты не соскучился, нет? Ник! Что же ты молчишь? Может быть, ты голоден? Я приготовлю кофе.