Что-то скользкое, гаденькое на мгновение промелькнуло в глазах таксиста. Он будто радовался чему-то…
- Как ваша фамилия?
Сорокин внутренне обругал себя за то, что слишком поздно задал этот вопрос. Ему следовало сразу узнать все о таксисте.
- Князев,- с готовностью ответил водитель.- Князев, Виктор Савельевич.
- Давно работаете в парке?
- Второй год.
- Где работали раньше?
- На мебельной фабрике. Возил начальника.
- Уволились?
- Уволился. По собственному желанию.
- Почему?
- Не сошлись характерами.
«Что со мной?- подумал Сорокин,- Я интересуюсь совсем не нужными вещами. Какое отношение к преступлению имеет прошлое Князева? Он не грабитель».
- Ладно. Расскажите, как все произошло.
- Что именно?- склонил голову Князев.
- Как вас ограбили. Только не спешите. У нас достаточно времени. Хорошо?
- Хорошо.
Князев почти слово в слово повторил историю, которую Сорокин слышал от Селезнеза и от других водителей. Грабители действовали, как автоматы, по заранее запрограммированной системе.
2 .
Тимохин приподнялся, увидев входящих в дежурную комнату Сорокина и Князева.
- Домой?
- Съезжу на место происшествия,- сказал Сорокин.
- Что ты теперь найдешь? Преступление было совершено три часа назад. Грабители уже где-нибудь пропивают «выручку».
- Возможно… Азимов не звонил?
- Разве ты его не видел? -
- Нет.
- Послушай, ты не распускай парня. Как бы не наломал дров… Вообще-то, молодец! Мне бы такого помощника. Мой Бородин еле дышит. Бородин, я правильно говорю?- обратился Тимохин к сержанту, дремавшему у окна.
- Никак нет, товарищ старший лейтенант! - встряхнулся Бородин.
- Ладно, досматривай сны,-разрешил Тимохин.-Ты мне позвонишь?- Он снова смотрел на Сорокина.
- Обстановка покажет.
- Мы действительно сейчас никаких следов не найдем,- вступил в разговор Князев.- Уже половина второго. Давайте съездим на это самое место происшествия завтра? Жена еще подумает что-нибудь такое…
- Ничего. Я постараюсь рассеять ее сомнения.
Тимохин вышел вслед за Сорокиным и Князевым, оглядел со всех сторон машину, осуждающе произнес:
- Зря тебе доверили руль, Князев.
- Это почему?- насторожился таксист.
- Не любишь ты технику. Посмотри на своего коня! Грязью оброс! Крылья помяты… Непонятно, как только ты находишь пассажиров. Я бы лично в эту мусорницу не сел.
- Извините, я сегодня в таком состоянии,- виновато произнес Князев.- В другое время она у меня блестит…
Машина рванулась с места Тимохин постоял некоторое время на крыльце, полюбовался месяцем, застрявшим между двумя пятиэтажными зданиями, нехотя возвратился в дежурную комнату.
- Бородин, хватит спать. Приготовь чаю.
- Слушаюсь, товарищ старший лейтенант,- с явной неохотой произнес сержант.
- Ты чем-то недоволен?
- Так скучно же, товарищ старший лейтенант! Сегодня не было ни одного задержанного.
Зазвонил телефон.
- Это ты, Смирнов?-обрадовался Тимохин звонку.- Надеюсь, сегодня на твоем участке все в порядке?
- Не в порядке, Тимохин,- послышался приглушенный голос участкового уполномоченного.- Тут у меня в опер-пункте один пьяный шумит. Измотал всем нервы. Я уж и не знаю, что с ним делать. Уговаривал - не помогает.
- Ты не знаешь, что делать?-изумился Тимохин.-По-шли за шампанским и устрицами. Угости, как следует… Что? На устриц лимит кончился? Тогда отправь его отдыхать в вытрезвитель или тащи сюда. Я соскучился по хорошему собеседнику.
Смирнов ничего не ответил - в трубке зазвучали короткие сигналы.
Тимохин почесал затылок, положил трубку на место.
- Разве ты еще здесь? Я, кажется, просил тебя приготовить чай.
- Через пять минут все будет в порядке,- причмокнул Бородин.- Пока почитайте что-нибудь.
- Да ничего у меня нет. Может, ты выручишь?
- Могу,- Бородин положил перед Тимохиным книгу.- Замечательная вещь. Я уже четыре раза читал. За пятый взялся…
- Я вижу, у тебя голова варит,- заметил Тимохин.
- Голова у всех варит, у кого она есть, на то она и го-лова,- рассудительно заключил Бородин.- Правда, бывает, что одна и та же голова по-разному варит. Сегодня, смотришь, человек - золото, цены ему нету! Завтра хватит лишнего- свинья-свиньей! Позавчера, что ли, был тут один… Финансов, кажется, помните? Послушаешь его: дурак-дураком! Между тем, говорят, что голова у него, как у твоего академика.
- Чудак ты, Бородин. Разве Финансов был дураком? То был дураком тот коньяк, который он выпил. Не смешивай разные вещи.