Что там было на самом деле, не знает никто. Пандавы всегда отзывались об отце своей супруги с великим почтением. Но, очевидно, какая-то тень нелюбия омрачала отношения Высокой саб-хи и царя Панчалы. Гордыня? Ревность к могуществу патриархов? Так или иначе кармические плоды пренебрежения дружбой созрели очень быстро: и в начавшейся войне между панчалами и куру Дрона вел колесницы Хастинапура на кшатриев Друпады. Все решила одна короткая битва, в которой Пандавы принимали участие на стороне своего племени. Кто мог предсказать тогда, что через несколько лет Друпада станет их тестем? Дрона разбил Друпаду. К Хастинапуру отошли земли Северной Панчалы. Друпада признал главенство Высокой сабхи и даже не гнушался принимать советы и помощь патриархов.
Просил совета у тех, кто уполовинил его царство? С Хастинапуром панчалы с тех пор не ссорились.
А потом был свадебный пир, на который Вирата пригласил всех придворных, брахманов и именитых кшатриев. Туда попали и мы с Митрой, и сидели мы на мягких циновках неподалеку от Пандавов — теперь нас считали приближенными царевичей. Наши головы кружились от выпитого вина и гордости. Матсьи, ядавы и панчалийцы сидели вперемешку вокруг огромных подносов с мясом и рисом. Ни принцессу Уттаару ни Абхиманью мы так и не увидели, что лишний раз навело меня на мысль, что их брак явился скорее поводом, чем причиной для собрания доблестных царей. Вокруг раздавались воинственные речи, боевые песни и здравицы в честь законного повелителя Хастинапура — Юдхиштхиры.
Со своего богатого сиденья поднялся Друпада и поднял руку, украшенную боевыми браслетами. Воцарилась тишина.
— Сегодня, о быки-войны, я сделал выбор, — голосом, подобным львиному рыку, сказал царь. — Боги, зная, что я не обладаю третьим глазом Шивы, послали мне вершителя высоких дел патриарха Вьясу. Он наделил меня на несколько мгновений сверхъестественной силой зрения, доступной дваждырожденным. И тут я увидел сыновей Кунти и свою дочь в их истинных обликах. — Друпада замолчал и торжественно оглядел всех присутствующих, хранивших благоговейное молчание. Затем восторженно-изумленная улыбка осветила его благородное лицо. — Они (он указал рукой на Пандавов) предстали предо мной в виде божеств — с золотыми коронами и длинными венками, сияющими как огонь и солнце. В каждом из Пандавов я прозрел частицу великого Шивы, а в своей дочери — воплощение его супруги — Лакшми. И тогда я проникся смирением пред законом кармы и отринул свой страх пред Дхритараштрой, Дроной и всей мощью Хатинапура. Теперь я полон решимости помогать Юдхиштхире в его справедливой борьбе за трон.
Старший Пандава встал и со слезами на глазах обнял тестя. Зал огласился восторженным ревом. Потом гости и хозяева приступили к трапезе. Вновь зазвучали боевые песни и смех.
Один Юдхиштхира сидел, глядя перед собой невидящими глазами. Бхимасена дотронулся до плеча старшего брата.
— Сейчас не время грустить. У нас впереди долгий и радостный пир!
— Нет, — тихо ответил Юдхиштхира. — У нас впереди долгая и кровавая война…
Том 2
Дети огня
Глава 1
Кампилья
«Великий свет лучезарный — изначальное семя Вселенной. Из того семени возникает брахма, и через то семя брахма возрастает. Ни в каком подобии, доступном воображению, не уловить ее формы и не узреть ее людскими глазами. Но тому, чье сердце очищено огнем подвижничества, явится ее вечное божественное сияние, и станет он бессмертным».
Мне не дано было увидеть изначального семени Вселенной, я не стал бессмертным. Но благодарил всех богов уже за то, что остался жив в этом бешеном водовороте событий, захлестнувшем малые и большие царства в последний, тринадцатый год изгнания Пандавов. Позади были первые знакомства с Арджуной и Кришной в столице ядавов Двараке и наши скитания по лесам в отчаянной попытке сбить шпионов Дурьодханы со следа. Ушел в прошлое тяжелый бесконечный год жизни под чужими именами в столице матсьев Упаплавье под сенью державного зонта царя Вираты. Колесницы принесли Пандавов под сень державного зонта Друпады.