Совершенно обессиленного, Лата отвела меня обратно в келью и ушла к раненым. Я остался лежать в холодной темноте, пытаясь унять боль в голове и безысходную тоску в сердце. Все услышанное за день заставляло казаться смерть в бою вполне своевременным благом. Требовалось немного — подняться, выйти из дворца, найти лошадь у коновязи и поспешить обратно в битву.
Мои горестные размышления прервал шорох занавеси, и в дверном проеме показался Крипа, бережно державший на широкой ладони горящий светильник.
— Я должен вернуться на Курукшетру, — нетерпеливо выпалил я, глядя в глаза наставнику. Крипа пожал широкими плечами, на этот раз лишенными блеска доспехов.
— Если это все, что ты надумал, занимаясь самосозерцанием, значит, годы ученичества прошли для тебя даром, и мне не следовало вытаскивать тебя из-под копыт конницы тригартов.
— Но мой долг… Я должен быть там, — отводя в сторону глаза, попытался объяснить я.
— Твой долг здесь ни при чем. Ты и сам понимаешь, что исход битвы предрешен и без твоего вмешательства. Арджуне и его братьям теперь может противостоять только Ашваттхаман, да, может быть, сам Дурьодхана. Кауравы поставили во главе войск царя мадров. Он опытный воин, но вряд ли сможет явить необходимый ратный пыл против детей родной сестры. Знамена Пандавов скоро осенят башни Хастинапура.
— И какой плод обретут мои повелители после этого безмерного человеческого жертвоприношения? Ведь братство дваждырожденных перестало существовать.
Я чуть не плакал от разочарования, безнадежности и недостойной кшатрия жалости к самому себе. Да нет, что притворяться? Слезы текли по моим щекам. Я чувствовал себя больным, разбитым, покинутым. И вдруг встретил взгляд Крипы. Он рассматривал мое лицо с каким-то странным, сочувственным удовлетворением.
— Слезы — это хорошо, — спокойно сказал он, — они часто означают пробуждение. Младенец является в мир с истошными воплями. А ты всего лишь обронил несколько капель. Значит; твое сердце открыто, и страдания не лишили тебя способности вмещать судьбу мира. Путь дваждырожденного — лишь череда открытий, потерь, разочарований и пробуждений.
— Я не верю в путь, не верю в дхарму. Наш мир лишен мудрости и смысла. Иначе, как вы допустили войну? Если обманулись в одном, значит, и остальное — обман. Вы говорите — миром управляет закон. Если он так бесчеловечен, то не вижу смысла в его постижении.
— Отчаяние и страх порождены неведением, — сказал Крипа.
— Опять Сокровенные сказания. Они не спасли наш мир, значит, их мудрость бессильна. — Все бессильно перед потоком времени. Люди поклоняются ему в ужасном облике всепожирающего бога Кала. Но дело, конечно, не в боге, а в том, что все в этом мире подвержено старению и угасанию. Если ты смиришь в сердце обиду и обратишь свой слух к моим словам, я постараюсь открыть тебе некоторые истины, которые ты не был готов принять ранее.
Я кивнул, так как не хотел оставаться в одиночестве перед угрозой долгой ночи без сна.
— Когда прародина дваждырожденных была поглощена морскими волнами, — начал рассказывать Крипа, — те, кто уцелел, обнаружили себя среди совершенно иных людей — необузданных, жестоких, с безумной щедростью тратящих свои силы на покорение природы и вражду друг с другом. Дваждырожденные озарили их разум огнем знаний, научив прародителей куру, ядавов и панчалов возводить города из глины и дерева, ковать бронзу, слагать стихи. Тогда была создана Высокая сабха, слившая силы оставшихся в живых дваждырожденных в один волевой поток. Племена, принявшие дваждырожденных, быстро обрели силу и умножились числом. Повелители же брахмы все больше растворялись в их среде, ибо дети со зрячими сердцами рождались только внутри общины. Правда, бывали и счастливые исключения, — мягко улыбнулся Крипа, — вы с Митрой не единственные, кто появился на свет в семьях, не связанных родством с древней расой. Но чаще браки дваждырожденных с дочерьми молодого народа сокращали численность будущих членов братства. Была и иная причина. Обладание брахмой губит человека, не постигшего нашей мудрости. Чувства должны оживотворять разум, а разум — направлять чувства к благу. Для воспитания юного дваждырожденного требуются усилия многих братьев и долгие годы пробуждения.