Хватит, Ника, придумывать, если он и правда так переживает, то вскоре сам все и объяснит, не похож он на злодея.
Немного проанализировав ситуацию, я расслабилась. Тем более в моем положении я бы все равно ничего не смогла бы сделать, а так хоть головная боль отступает.
Мужчина присел в кресло рядом с моим ложем, а назвать по-другому кровать, и судя по размерам не маленькую, с балдахином не поворачивается язык, и заговорил:
- Николь, как вы себя чувствуете? – голос у него тоже был приятный не грубый, немного хриплый, очень прям мужской.
Как он меня назвал? Странно, если он знает как меня зовут, то почему назвал Николь, я конечно привыкла сокращать свое имя до Ники, но Николь слышу впервые. А если он не знает как меня зовут, то почему все равно зовет Николь. Ох, бедная моя голова, от наплыва мыслей точно не выдержит.
Хотелось ответить, что я не могу пошевелиться и что мне жарко, да и вообще высказать все свои вопросы в слух, но оказалось, что и языком я пошевелить не могу, в рот будто песка насыпали.
- Воды, — только это прохрипеть я и смогла. Стыдоба.
- Да, конечно. Нора, принеси быстрее воды, — это он уже обращался к женщине. Нора значит, запомню, и видимо она и правда что-то вроде домохозяйки.
Хоть Нора и была уже женщиной в возрасте, но передвигалась она быстро. Не прошло и минуты как она вернулась с кувшином воды. Я прям почувствовала, как живительная влага потекла по моему организму, сколько же я спала, если чувствую такую жажду. После питья мне стало даже лучше, я могла хотя бы что-то сказать, а в моей ситуации информация это самое важное.
- Где я? – голос все еще был хриплый, но вопрос я задать смогла весьма четко.
- Николь, вы у себя дома, точнее в своем новом доме, - мужчина так странно начал на меня смотреть, что говорить ему, что этот дом не мой, язык не повернулся. Сначала надо собрать информацию, еще раз напомнила я себе.
- Долго я спала?
- Две недели, - мужчина даже не моргнул глазом, а мои, наоборот, расширились и, казалось, будто вылезут из орбит. Сколько-сколько? Это чем меня таким накачали, что я провалялась в отключке столько времени. – Что последние вы помните?
На вопрос я просто покачала головой, не хотелось ничего говорить, я просто была в шоке. Блондин видимо сам себе что-то решил.
- Я понимаю, тебе столько пришлось пережить. Неудивительно, что вы не помните.
Тут в дверь аккуратно постучали и вошел мужчина, судя по седине его волос, ему было уже за пятьдесят. Он был худым и очень высоким. Хозяин этого дома поднялся со своего места и уступил кресло новому действующему лицу. Судя по чемоданчику в его руках, этот мужчина был доктором.
- Добрый вечер, как у вас дела? - мужчина мило мне улыбнулся, будто я не лежу тут уже две недели.
- Не могу пошевелиться, - прохрипела в ответ. Разводить любезности не было сил, хотя вид этого доктора внушал доверие, он смотрел и будто видел меня насквозь. Стало неловко.
— Это нормально. Вы были без сознания две недели. Не буду скрывать, мы все уже потеряли надежду, что вы очнетесь. Ваш сон был очень глубок, а душа уже медленно покидала тело. И то, что вы сейчас здесь с нами это поистине чудо. Но теперь необходимо поставить вас на ноги. Поэтому сейчас я попрошу всех освободить помещение и приступлю к осмотру.
Всех как ветром сдуло, а этот доктор открыл свой чемодан и достал на свет какую-то стеклянную баночку, открыл ее и быстро поднес к моим губам. Я только открыла от удивления рот, как он вылили все содержимое мне в рот. Надеюсь, это была не отрава и он не решил меня добить. Но какой-то странный врач, кто будет так сразу давать пациентке что-то такое сомнительное. Надо же как минимум обозначить, что это такое.