- Слушай, а тех двух служанок, что Ирму убить хотели, ты тоже поймал?
Задумался? Это означает 'нет'? Что ж тогда горным козликом скачешь?
- Вы с Ирмой сможете их опознать?
Я пожала плечами:
- Если только по голосам.
Кивнул:
- Хорошо. Я сейчас соберу и рабов, и слуг в общем зале, и ты послушаешь их всех.
- Это как? Так и сообщим, мол, дорогие домочадцы, у нас сегодня вечер прослушивания?
Хмыкнул. Ну хотя бы на юмор реагирует. Уже, значит, не все запущено.
- Я скажу, что у Ирмы пропало кольцо. Пусть каждая из служанок расскажет, где была вечером.
Шикарно придумано...
- Идеальный предлог, угу. Ничего поумней придумать не смог? Но... Может и сработать...
Дом, конечно, богатый... Но вот кто его обставлял...
'Не я. Его мать и бабка'.
'Да уж, вкуса у них явно мало, зато денег чересчур много. Хотя, конечно, выглядит лучше, чем у этой певички. Но все равно кичливо и аляповато'.
Трехэтажный дом был обставлен в стиле 'хоромы-люкс', как я люблю говорить: его владельцы прежде всего выпячивали свое высокое положение и весьма неплохое денежное состояние, но жить в таком 'музее', холодном и безжизненном, я бы лично ни за что не смогла: сбежала бы на четвертые сутки.
Первый этаж был полностью отдан под вычурно обставленные залы для приема гостей, скромный и темный кабинет хозяина, огромный крытый бассейн, забитую техникой кухню и богато украшенную столовую, вполне современные ванную и туалет для гостей и слуг и несколько небольших узких комнаток для прислуги.
На втором этаже непосредственно располагались жилые комнаты для хозяев и их нечастых гостей, обставленные по-разному, но все - украшенные золотыми и серебряными орнаментами. Вот явно роду деньги девать некуда. Тут же находились и санузлы для хозяев.
Третий этаж занимали крытая оранжерея с цветущими круглый год цветами, библиотека, забитая литературой на самые разные темы, и спортивный зал со смещаемой крышей.
Плюс еще были подвал и чердак, где хранили такое количество разнообразных припасов, что один этот дом мог в полной осаде прожить несколько лет.
В общем, можно утром выйти из подвала и к вечеру добраться до чердака.
Ирма тихо хихикнула в ответ на мое сравнение. Я же величественно плыла по лестнице под руку с Вартом. Холодная, неприступная сволочь - вот как сейчас выглядел муж Ирмы. И надо сказать, эта маска ему шла: по крайней мере, можно было точно сказать, взглянув ему в лицо, чего от него ждать... Еще будучи в комнате жены, он с помощью магии вызвал к себе мажордома, внешне и повадками похожего на хозяина, и приказал собрать и слуг, и рабов в общем зале.
К нашему приходу слуги уже выстроились в два ряда: в первом стояли свободные люди, находящиеся в услужении за плату или стол и кров, во втором - бесправные рабы. Причем последние от первых отличались лишь ошейниками. Все остальное, включая чепчики у женщин и серые робы у обоих полов, было одинаковым.
- Моя жена обнаружила, что потеряла одно из своих колец. Сейчас каждая из служанок выйдет и отчитается, где и в какое время она была этим вечером.
Девушки и женщины, подчиняясь приказу, стали выходить по очереди и подробно докладывать о своем распорядке дня. На свободных слуг ни я, ни Ирма никак не отреагировали. А вот рабы...
'Вторая и четвертая...'
'Значит, мне не показалось. Отлично'.
Обычные, ничем не примечательные женщины лет тридцати-тридцати пяти. Стоят, крепко сжав руки, сложенные над передником, уставившись в пол, не смея поднять глаза на хозяев. Среднего роста, настолько худые, что робы болтаются на них, как на вешалках, с измученными, уже морщинистыми лицами. В общем, как убийц лично я совсем бы их не рассматривала.
- Милая? - обратился ко мне Варт, когда закончила говорить последняя рабыня.
- Рабы, вторая и четвертая, - четко ответила я. Маг кивнул и протянул руку по направлению к женщинам. Из его пальцев немедленно вырвались длинные темно-синие лучи, окутавшие провинившихся рабынь плотным коконом.
- Остальные свободны, - последовал очередной приказ. Жуткий у него тон все-таки, сразу видно - черный маг. Челядь мгновенно разбежалась по комнатам и служебным помещениям, стремясь быть как можно дальше от явно чем-то недовольных хозяев. Сам Варт резко повернулся и направился в свой рабочий кабинет. Я шла рядом, с трудом понимая, что же произойдет и каково будет наказание. Рабыни покорно следовали за нами, как собаки, на коротком поводке, не имея никакой возможности пошевелиться или заговорить.