Но главными нашими спутниками в походах в рестораны или поездках на яхте Фатиха на выходных стали Челик и Чичек.
Свою яхту Фатих тоже показал мне после нашей свадьбы на море, которая мне так понравилась, – небольшое комфортабельной судно с одной спальной каютой и мощным мотором. Называлась она «Елена».
- В мою честь? – зарделась я от смущения.
- В честь моей прабабушки, дорогая, - ответил он, - она была гречанкой.
Расспросы о семье он опять оставил без внимания.
На «Елене» мы часто выходили в Мраморное море на прогулки, или плавали через пролив в азиатскую часть города. Челик и Чичек, познакомившись с нами на свадьбе, стали частыми гостями в нашем большом доме. В большом, потому что в маленький дом Фатих никого не приглашал, а когда звал Челика и Чичек, то мы принимали их в его доме в районе Сарыер, где строились дачи для элиты. Я, кстати, так и не поняла, почему, поскольку вода там чудовищно грязная и мутная.
При этом в Сарыере селятся состоятельные люди: политики, бизнесмены, актёры, музыканты, которые используют виллы как летние резиденции. Я шутя спросила Фатиха, к кому он себя относит – к актёрам или к политикам? Он помрачнел, но ответил, что купил здесь дом из чистого пижонства, чтобы поднять в своих же глазах свою собственную значимость. Хотел создать себе дом-крепость.
- Как Румелихисар? – спросила я, кивнув на стены крепости, которая является главной достопримечательностью района.
- Да. А в итоге купил и достроил стеклянный двухэтажный дом – светлый, красивый, прозрачный, и абсолютно далёкий от моего идеала настоящего дома, - вздохнул Фатих, - поэтому и переехал к тебе с таким удовольствием. Но если ты хочешь жить здесь…
- Нет. Но иногда здесь хорошо провести время и поплавать в бассейне, - ответила я, - и принять гостей или родственников.
- Да, гостей.
Он снова помрачнел и свернул разговор…
***
Керим ведёт машину вдоль городских домов и отелей, базарчиков и лавочек, а я жадно разглядываю место, где рос Фатих. Я как-то спросила у него, с каким словом у него ассоциируется детство, а он ответил «безмятежность» и «мама».
Сейчас я любуюсь безмятежным морем и красивейшими горами, песчаной косой, и памятниками древней историей и архитектуры. Здесь сохранились скальные захоронения, руины древних городов, гробницы правителей и полководцев, античный театр и рыцарский замок.
Фетхие условно делится на две части: курорт, где сосредоточены рестораны, бары и дискотеки, и находящийся в получасе езды район дорогих элитных отелей.
В один из таких отелей мы с Керимом и приехали согласно адресу. Однако, адрес оказался неверен.
- Верно, что большую часть времени, господа проводят в этом отеле, - сказал на менеджер, с неприязнью нас разглядывая, - поскольку это главный отель сети и рядом с Фетхие, откуда родом семья, но вы же не думаете, что они здесь будут оплакивать покойного и справлять поминки? Езжайте в Оваджык, - и он нехотя даёт нам адрес.
Мы снова садимся в машину и едем в Оваджик. Он находится намного выше над уровнем моря, и здесь нет такой жары, как у воды, к тому же уже вечереет, и с заходом солнца приходит приятная прохлада.
По дороге в Оваджик мы проезжаем Хисароню – деревню на пару километров ближе к морю. В Хисароню яркие и гостеприимные магазины, рынки, бары, рестораны и пабы, и жизнь здесь кипит. Но вот мы проезжаем чуть выше, и всё затихает.
Мы едем в самую престижную часть Оваджика, расположенную у подножия горы Бабадаг. Отсюда открывается дивный вид на лежащий в долине посёлок. Снова оценивая в окно машины пейзаж, я понимаю, что он просто идеален для спокойной уединённой жизни в окружении сосновых лесов и величественных гор. Глядя на чистенькие и представительные кварталы, на хорошее транспортное обеспечение, я невольно вспоминаю наш родной Бакыркёй, и понимаю, что уже соскучилась по дому. Дом и сад с качелями в Бакыркёе за один год стали мне настоящим домом и истинной родиной.