Арзу встречала туристов, и у них с Яманом была квартира в Фетхие, остальные жили на вилле, где царила госпожа Нулефер…
***
В обед я вернулась в особняк и позвала Мехмета на прогулку.
Нас отпустили, и мы пошли в Каякёй – живописный и зловещий город-призрак. Сначала мы вскарабкались на гору, помогая друг другу, а потом пошли по улицам мёртвой деревни.
В 1923 г. после окончания турецкой войны за независимость греки должны были покинуть территорию Турции и вернуться на историческую родину. Ататюрк выгнал из городка греков и заселил мусульман-македонцев, но им там сразу не понравилось, и они, забрав всё самое ценное, ушли, оставив деревню совершенно пустой. После этого она так и осталась незаселённой и постепенно приходила в упадок. Сейчас Каякёй – город-призрак и музей под открытым небом с тремя тысячами сохранившихся домов и тремя церквями.
В семейной истории Фатиха эта история оставила особый след. Когда греки уезжали, юная гречанка Елена, пойдя против воли своего отца и Отца Турков, осталась здесь, чтобы быть с любимым мужчиной – прадедом Фатиха Юсуфом Айханом. От неё её потомки получили серые глаза и светлую кожу, да романтические представления о жизни.
Когда заходишь внутрь домов, а там нет ни одной живой души, лишь голые стены, дух захватывает. Мы бродили по деревне-призраку долго, сворачивая с одних тропинок-улочек на другие.
В 1957 году в Фетхие было сильное землетрясение, большинство домов оказались разрушенными, да и жители близлежащих деревень и городов растащили уцелевшие части домов для ремонта собственных жилищ. Поэтому Каякей стал похож на совсем древние развалины.
Метин рассказывал историю семьи, которую я слушала как миф.
С наступлением сумерек пустые глазницы домов вдруг стали голубеть, словно на нас смотрели каменные квадратные лица. Мы не сговариваясь поспешили к краю деревни и пошли обратно в Оваджик, куда пришли уже затемно. Метин радостно скрылся в своей комнате…
- Я вот одного не понимаю, - рассуждала я в комнате Керима, - а чего это Мехмет с Сезен и Ахметом живут в доме сестры Мехмета?
- А это я тебе сейчас расскажу, госпожа, - шепчет Керим.
- Так ты нашёл источник информации?
- Бабуля на колёсах. Госпожа Айше, конечно, заговаривается и повторяется, но зато болтает без умолку. Так что если вслушаться…
- Ох, ты! А я её из вида выпустила.
- А я не выпустил. Вот послушай…
Ночью в доме исчезли расчёски, утром ненадолго пропали Керим и Метин, а главе семьи наконец стало лучше. Все занялись было своими делами, но я попросила их собраться вместе за обеденным столом…
***
За обедом собралась вся семья. Хозяин тоже вышел из спальни и сел во главе стола. Я положила на стол папку.
- Как я уже говорила, Фатих умирал трое суток. И успел оставить завещание. Начнём?
- Не делай дешёвых эффектов. Говори, - велела свекровь.
- Хорошо. Я буду постепенно оглашать волю Фатиха, а Керим будет передавать бумаги. Итак. Земли, на которых растут абрикосовые сады и инжирные деревья, записанные на Фатиха отцом после армии, он возвращает отцу, как и долю от семейного бизнеса. Керим.
Керим подал старику бумаги. На них тут же капнула слеза, проделав в середине мутное озерко.
Я проигнорировала эту запоздалую чувствительность.
- Своему брату Яману он дарит два новых микроавтобуса для встречи туристов в аэропорту, а также завещает ему свою яхту «Елена», названную в честь вашей прабабушки.
Арзу протягивает руки раньше мужа и получает бумаги. Яман растроганно смотрит на Керима. Он явно не ожидал.
- Это же я придумал назвать однажды яхту именем прабабушки!
- А Фатих-бей купил и назвал. Жаль, походил на ней недолго, - со вздохом говорит Керим.
Я не даю им погрузиться в приличную печаль.
- Своей сестре Шебнем Фатих завещал особняк в Сарыере и парк моторных лодок.