– Как же я тебя ненавижу… – Устало, безнадежно, на выдохе, прозвучало привычное признание.
– Я знаю, – с шальной улыбкой на устах прозвучал ответ.
– Кинжал дай.
– Свой выкинул, да?
– Да.
Девушка преодолела разделявшие их два шага и вложила ему в руку стилет, сжав свои пальцы поверх его. Простая рукоять, тонкое, сверкающее гранями лезвие.
– Ниара… Арио… Может, есть другой путь? Давай мы возьмем их измором, в осаду, да хоть что-нибудь сделаем! – Голос Хана сорвался, пальцы сжались на рукояти так, что жалобно скрипнула кожа оплетки.
– Нет, мой Император. Увы. Что бы ты не сделал, Аирос и его последователи повернут это против тебя. Он старше тебя, меня, да и всей вашей Империи, мой бедный Хан. Не тебе тягаться с ним. Будешь травить, убивать их? Его жрецы будет исцелять и поднимать павших, укрепляя веру и силы своего безумного бога. Пока их карманы набиты золотом, а животы – пищей, они будут верить. На их зов он ответит чудесами, да хоть теми же булками на деревьях и молоком в колодцах. То, что осталось от его сознания, пойдет на крайние меры, лишь бы продлить свое существование. Отступишь сейчас от этих стен, и потеряешь все, чего добился. Более того, это даст Аиросу такой прилив сил, что все, что было ранее, покажется тебе сущей ерундой. Начнешь массовую резню, уничтожая все живое в этом мире, – предупредила она строго, видя разгорающееся в глазах мужчины пламя, – И поймешь, что такое ад на земле, мой Император. Два миллиарда человек, вдумайся. Ты готов ради своих чувств стать убийцей такого количества народа?.. А что на другой чаше весов? Твои чувства?
Хан промолчал, в глазах тихо гас огонек безумия, уступая глухой, звериной тоске. Девушка, будто бы пытаясь навсегда сохранить в памяти его лицо, мягко провела пальцами по его щеке.
– Я рада, что не ошиблась в тебе… Нет другого пути, мне жаль. Просто сделай это быстро. Умирать не приятно, сам знаешь.
Когда же охрана смогла догнать своего повелителя, то закаленные в боях мужчины не смогли сдержать крика и, позже, слез. Их Император, крепко прижав, держал на руках обмякшее тело своей возлюбленной. На груди девушки, ровно напротив сердца, расплывалось кровавое пятно, раскрашивая траурной киноварью белую ткань рубашки. Вверх от раны стремилась в небо тонкая золотая нить чистой энергии. А рядом, в полукилометре от них, медленно и величественно проступал силуэт прекрасного города, окруженного много метровым куполом энергетического щита. И все вокруг могли поклясться, что ветер тихо и печально позвал их Императора по имени.
Мужчина встал, не выпуская из рук бережно удерживаемое тело. И, не оборачиваясь, приказал закончить войскам построение. Имперцы, скрытые до того иллюзией, выступали к самым границам щита, ожидая команды к началу наступления. Молча, мрачно, неотвратимо.
Нить энергии окрепла, наливаясь силой. И по ней пошел обратный поток, наращивая интенсивность. Потекли вводящие с ума секунды. И вот в месте касания энергии формируется что-то отдаленно напоминающее человеческую фигуру. Плащ за спиной рвали невидимые ветра, бирюзовые глаза внимательно смотрят из прорезей шлема. Хан инстинктивно качнулся в сторону материализовавшейся Крылатой, но короткий, едва заметный отрицательный жест остановил его.
Императрица вежливо поклонилась коллеге и отвернулась от него. Все ее внимание было поглощено вздымающейся над городом силой. Мерзкой и инородной для этого мира. Для нее она выглядела, как гной на ране. Каждый клирик и жрец, каждый верующий воспринимался ей, как опарыш, ползающий по еще живому телу. Подняв кулак на уровне глаз, она крепко сжала то, что принесла с собой, вливая энергию и разрушая вместилище древнего бога. Брезгливо швырнула осколки на камни. Дрожащий силуэт рыжеволосого мужчины проступил над ними.
– Это твой единственный шанс, Странник, – предупредила она.
– Нет! – Попытался он крикнуть, но голос был не сильнее шелеста травы, –Я не хочу! Это хуже тюрьмы, Крылатая! Сжалься!
– Либо это, – она кивнула на город, – Либо это, – она продемонстрировала еще один камень-вместилище, пока еще пустой, – Что выбираешь?
– Меня оставят тут?
Она кивнула. Желания разговаривать с Древним у нее не было никакого.
– И… Тебе разрешили, да?
– Да. С условием, что ты займешь место Аироса. В дальнейшем все будет зависеть только от тебя. Какая-никакая, а жизнь.