Он лежал в прозрачной камере, отдаленно напоминающие знакомые ему реанимационные боксы, что под строжайшей секретностью хранились в подвале дворца дяди. Только тут не было видно ни трубок, ни оборудования. Набившие оскомину ровные белые стены, идущий от потолка мягкий свет и он, лежащий на отдельной удобной кушетке под прозрачным колпаком.
– Зачем это было делать? У меня же только рука сгорела! Это мелочь, ее я и сам смог бы регенерировать. Пусть не сразу, но со временем! – Попробовал возмутиться Хан, полной грудью вдыхая насыщенный кислородом воздух с легким ароматом озона.
– Только рука! Прелесть какая! – Умилилась девушка противным тоном, – Ты только это заметил? Мозг со страха отказал? У тебя отмирали нервы, мой бедный Хан. Все, до единой клеточки. Схлопнулись отравленные легкие, свернулась в венах кровь, почти дойдя до сердца. Хорошо, что ты правша, тхэр. Был бы левшой, у меня не было бы даже шанса вытащить тебя из-за грани. Это так, из мелочей. А из серьезного – энергетические каналы. Сожженные. Полностью. У тебя было в запасе секунд тридцать агонии и боли, когда я тебя перехватила. Ты пропустил через себя энергию, достаточную для уничтожения тысячи таких любопытных мальчишек, как ты! Хвала Древним, что рука сразу рассыпалась в прах! Тебя заново собрали, по молекулам. Сейчас ты, фактически, уже не ты. Твоего в тебе осталось только скелет, да и то не весь.
– Что ты со мной сделала? – Не понял тхэр.
– Я? Нарушила закон и сохранила твою жизнь. Увы, отыграть обратно уже ничего нельзя. Даже если я тебя прямо сейчас прибью, это ничего не вернет на исходные позиции.
– Если ты начнешь сейчас вещать про мою исключительную важность для мироздания…
Но Крылатая со смешком перебила, взмахом руки развеивая саркофаг и кладя рядом с ним стопку одежды, усмехнувшись знакомой по недавним событиям пикантной ситуации. Судя по всему, она уже успокоилась. Доспехи местами начали растворяться, возвращая девушке более привычный вид. Тактично отвернувшись от юноши, она ответила на ранее заданный вопрос:
– Нет, Хан, не начну. Мирозданию равно плевать и на меня, и на тебя, и на кого бы то ни было еще. Умрешь ты, и в другом краю Ойкумены сделает свой первый вдох детеныш с таким же набором параметров, как и у тебя. Со схожей тебе энергией и тем же количеством сил. Все идентично, до последней цифры после запятой. Исчезну я, произойдет то же самое. Мироздание не терпит пустоты.
– Тогда почему?..
– Думай, Хан. Не разочаровывай меня еще сильнее! – Жестко и сердито оборвала его Арио.
– Хорошо. Давай предположу: ты обещала Кхэйну, что я вернусь живым? – Спросил он спустя время, необходимое для того, чтобы облачиться.
Причем одежда была его, родная, но целая и идеально подогнанная по фигуре.
– Браво! – Отозвалась девушка, – Ну и я же тебе уже говорила: ты мне глубоко симпатичен. Хоть и, увы, похоже немного обделен интеллектом. И воображением. Потому хватит рефлексировать, я и так потратила на тебя непозволительно много времени.
Подойдя к двери, она унизительным жестом указала на красующуюся на ней табличку «переход» на всеобщем, невинным тоном проговорив:
– Дверь, надеюсь, ты видишь. Касаешься рукой вот этой серебристой, – она даже пальцем постучала по рекомому, – пластины, и она выведет тебя прямиком в твои покои. На будущее: все подобные двери ведут туда, куда ты хочешь и где ты хоть раз бывал. В пределах города, естественно. Так что нужно хоть на секунду собраться с мыслями. Что еще? Да. Официально ты был похищен драконицей Сай с самыми честными намерениями, но вы не сошлись во мнениях и разбежались. С ней согласовано, она подтвердит. О всем, что произошло, можешь рассказать Кхэйну. Если захочешь, конечно.
Брошенные напоследок слова жуткого существа рядом заставил его замереть и покрыться испариной от страшной догадки:
– Мой бедный Хан… Мальчик, не знавший слова «нет» и не знавший любви. Ну зачем ты повелся на посулы Кхэйна? Ты же не хотел перемещаться во Флаохгас… как и сюда, в Райверин… Ты же чувствовал, что ничем хорошим это не кончится. Мой прекрасный, серый мотылек… с позолотой на крыльях не взлетишь, как не маши крылышками.