Я от неожиданности словно очнулась. Удивленно уставилась на своего начальника. А он ожидал ответа на свой вопрос.
- Почему вы так решили?
- Я что – слепой? Ходишь как в воду опущенная. Как только свои обязанности выполняешь, не понимаю…
- Вы думаете, я буду откровенничать… сейчас?
- Вот она такая! – удовлетворенно сказал Ник Ник, глядя в зеркало и обращаясь к другу. – Такая языкастая! Но работящая, и мне другой не надо. Только бы еще была удачливой во всем.
Тут с заднего сиденья раздалось:
- Николай, ты мне обещал.
НикНик удивленно спросил, полуобернувшись:
- Сейчас поговорим? Да, вероятно, ты прав – другого времени может не быть. – Обратился ко мне. – Аля, я тебе уже подсказывал… Ты должна помочь Кириллу советами – он в понедельник презентует проект перед конкурсной комиссией. Очень масштабный тендер. Есть какие-то секреты?.. Ведь ты дважды была в этой ситуации и побеждала.
Несказанно изумившись, я поглядела на НикНика: не шутит ли он? Отвечала недоуменно:
- Здесь нет рецептов. Нужна уверенность в том, что твой результат лучший из лучших.
- Аля, хочу спросить… – Кирилл, вероятно, понял неуместность заданного вопроса. – вы сталкивались с грязными технологиями конкурентов, с недостойными средствами в борьбе за победу?
- Вы имеете в виду давление на конкурсную комиссию? Оно всегда бывает. Есть еще какие-то грязные средства?
- Да, их немало.
- Здесь я вам не советчик. Нужен беспроигрышный проект – это главное условие. Если он у вас имеется – вам нечего бояться.
Слышно было, как Кирилл вздохнул. НикНик осуждающе заговорил:
- Надо же, какая уверенность!.. А сама перед выступлением-презентацией ночь не спишь…
- Ну, это естественно… Но вы меня пугаете. У нас всегда были приличные главные соперники, верили, что и мы поступаем так же, не держа камень за пазухой… А кто ваш главный конкурент?
Повернулась, насколько позволял пристегнутый ремень. Кирилл удивил меня тем, что на этот момент потерял вид уверенного в своей привлекательности мужчины и взъерошил свою великолепную прическу. И все равно был необыкновенно красив. Вопросительно смотрел в зеркальце водителя, на меня не взглянул. А НикНик проговорил:
- Вот как ты поступила бы, Алевтина, если бы у тебя был грозный – и грязный – конкурент? Ведь ты продолжала бы борьбу до победного конца, разве не так?
- Какой странный вопрос… А что оставалось бы делать?
- И не захотела бы тоже прибегнуть к грязным средствам?
- Нет, ни в коем случае. Это означало бы бросить тень на свою работу, на свою команду. Замараться в этой грязи? Ни за что!
Тут вдруг накатила такая ужасная тоска, что я схватилась за грудь. Закрыв глаза, думала с болью в сердце: «Никита! Где ты? Мой честный, чистый человек! Как тебе живется?!»
- Аля, что с тобой?! – НикНик с тревогой взглянул в мою сторону, но продолжал смотреть на дорогу. Только руки покрепче сжали руль. – Отчего ты расстроилась?
С заднего сиденья неожиданно раздался женский голос.
- Кирилл, ты ищешь помощи? У кого ищешь? Меня просто бесит ваш разговор! Какой совет хочешь услышать у нее, такой приличной, такой правильной?!
Мужчины замолчали. А голос продолжал на еще более высокой ноте, еще немного – и сорвался бы в крик:
- Времени уже не осталось, а вы задаетесь такими вопросами?! Раньше надо было думать, действовать… А не превращаться в тряпку!..
На такой ноте закончился этот разговор. И потом никому не хотелось ни говорить, ни смотреть друг на друга.
Приехали, расположились в роскошных номерах отеля, мы с НикНиком – рядом в одноместных, наши спутники – этажом ниже в двухместном. Оба друга заказали обед в номера. Я отказалась и пошла побродить, познакомиться с местностью. Все было на высшем уровне: и природная красота, и архитектурный облик. Даже прокатилась по канатной дороге. Зимой здесь, вероятно, превосходный отдых. В шумной компании, например. Но она не по мне. Отдыхать надо вдвоем. Никита, где ты?