– Эндрю, забыла сказать! На компьютер пришел имэйл, который ты ждешь.
– От Каролины?
– Да. Сорри, это упало из ума. Так вы говорите?
– Не совсем. Я тебя позже научу.
Я мгновенно оказался перед компьютером на стойке. Зашел в почту. Сообщение начиналось: «Андрей, прости за качество. Сам снимок был размытый, но надеюсь, что лицо хорошо видно. Лукас стоит справа от Марцеля».
Я вгляделся в прикрепленную картинку. Одет он был совершенно по-другому, за исключением обуви – даже на мутном снимке были хорошо заметны чистые блестящие ботинки. Черты лица под лохматой прической угадывались с трудом, однако сомнений не оставалось: передо мной на фото был тот, кто сейчас называл себя Кацпером Собепанком.
«О Лукасе я знаю очень мало. Да почти ничего, честно сказать. Они учились вместе на медицинском в Кракове. Кажется, Лукас хотел стать хирургом, как и твой отец. Они приезжали в Купавы несколько раз. Лукас был молчаливым, о себе мало рассказывал. Очень много знал анекдотов из советского времени. Я удивилась даже: откуда он столько знает? А потом он перестал приезжать и будто вовсе пропал. Это все, что могу вспомнить. Надеюсь, тебе помогло как-то».
Помогло как-то… Читая эту последнюю фразу, я почти рассмеялся. Какая ирония: все это время Нагорой управлял забытый всеми друг моего отца, а Каролина даже не знала этого. Наверно, она просто никогда не интересовалась, кто такой Собепанек. Если бы только она увидела сходство сама, то я бы… А что бы я сделал? Пошел к Собепанку поговорить за жизнь? Спросил бы: «Вот вы с отцом дружили, не знаешь случайно, куда он пропал?». Но он точно что-то скрывает про отца. И потом еще эти его загадочные фразы на суде. Я не мог составить полной картины происходящего и чувствовал раздражение. Скорее бы Борис дал о себе знать.
Я пролистал письмо до конца. После фотографии следовало:
«Говорят, что в Бойкове объявили военное положение. У меня с этим плохие ассоциации. У вас там в порядке? Дай знать».
Какое еще военное положение? Только я это подумал, как монитор погас. Да не только монитор: во всем хостеле погас свет. Звуки гитары и песен во дворике утонули в гуле двигателя и шуме колес. Кто-то подъехал к хостелу на большом автомобиле. Слишком большом – это была не мама. Предчувствуя неладное, я ринулся к двери. Цепляясь в темноте за шкафчики и расставленную обувь, я наконец добрался до выхода во дворик, но дверь распахнулась мне навстречу. Огромный темный силуэт в проходе. Я не видел лица – свет падал снаружи, да еще незнакомец посветил мне в глаза фонариком. Я закрылся от слепящего света ладонью и услышал:
– Андрей Бончик. Вот мы и встретились вновь!
А потом мое лицо будто встретилось с наковальней, и все померкло.
Глава девятая. В логове дракона
Мы стоим на высоком холме. Ветер треплет наши волосы и полы одежды. На нем черная куртка и надраенные до блеска дорогущие туфли. Позади нас бушуют волны бескрайнего моря.
– Где мой отец? – рычу я, гневно сверкая глазами, и с готовностью сжимаю кулаки.
– Мвуха-ха-ха-ха!!!! – хохочет Собепанек зловещим смехом. Глаза полыхают безумным пламенем. Скрючив пальцы, он поднимает руки в экзальтированном порыве, – Время покончить с вашим родом раз и навсегда!
Я внимательно слежу за его действиями. Он пришел на мыс один, но я уверен, что его сообщники вот-вот выпрыгнут из теней предрассветного часа с «Калашниковыми» в руках. Я гордо бросаю своему оппоненту:
– Сейчас я тебе наваляю!
– Вуа-ха-ха-ха!!!! – его смех на этот раз еще противнее, чем раньше, – Все проблемы решаются силой? Вот это я понимаю! Ну давай!
Собепанек сбрасывает с себя куртку. Под ней обнаруживается майка-алкашка. Меня неприятно поражает размер его мускулов. На одном плече красуется татуировка с логотипом Sun & Son.
Небо над нами раcкалывает молния, и гром, словно колокол на ринге, возвещает о начале схватки. Я бегу на него, он на меня, ну и начинается! Рвется одежда, хрустят кости, мы валимся в заросли кустов и, высмаркивая травинки, снова прыгаем друг на друга. Собепанек исхитряется повалить меня на кусачий гравий и начинает сильно бить ногами в бок. От боли я даже не могу кричать, только воздух вырывается из легких, когда я раскрываю рот. Но тут приходит неожиданное спасение: появляется мой отец. Ему удалось-таки бежать от своих мучителей. Патлатый, небритый, с волосами, выросшими до плеч, он бросается на Собепанка и валит того с ног.