«Рассказывают о двух друзьях – о воине Бориславе и о поэте Божидаре. Их объединяла страсть к поэзии и воинскому делу. В битве при Грюнвальде раздобыл Борислав щит неописуемой красоты. Мастер, его сотворивший, изобразил на щите сцены сказаний, а между образами вставил блестки золота и драгоценные камни. Каждый, кто смотрел на этот щит, не мог отвести от него глаз. Когда Борислав отправился к Божидару, то взял щит с собой. Божидара не было, и Борислав, согласно традиции, прождал друга три дня. И все равно Божидар не явился, и тогда Борислав оставил щит в качестве дара, а сам ушел.
Когда явился Божидар, то сразу увидел щит. Пораженный его красотой, он спросил, кто оставил его. Ему сказали: «То дар Борислава воителя. Он ждал тебя три дня, чтобы вручить лично в руки». Сказал на то Божидар:
– Какой глупец! Как же я могу отплатить ему за такой дар?! Он думает, я буду сидеть и сочинять в честь него песню всю ночь? Скорее, я вскочу на коня, догоню и зарублю его!
– Борислав уже далеко, – ответили ему, – Он уже за Карпатами, в княжестве Польском.
И тогда Божидар сложил для друга хвалебную песнь».
Григорий захлопывает книгу.
Я мог бы прочитать еще несколько рассказов, которые описывают отношения долга. К сожалению, у нас нет столько времени. Скажу лишь, что богатые подарки в Нагоре часто считались оскорблением. Если ты хотел посрамить врага, ты подносил дар, на который он не мог бы достойно ответить. Известны даже случаи, когда получателю ничего не оставалось, как лишить себя жизни в ответ. Тогда ответным даром становилось имущество покойного.
ФАГАС:
Ты говоришь всего лишь о раздутом чувстве гордости наших предков, не более того!
ГРИГОРИЙ:
Отнюдь. Наши предки понимали, что роскошными дарами можно сделать из человека раба. И поэтому долги должно было выплачивать. Не заменять один долг на другой. А именно так поступили члены этого уважаемого совета в 2005 году. Хотя нет, хуже того. Вы сменили долг, оставленный Советами, на рабство.
СТАРОСТА ПОДХАЛЫ (сердито):
Да что ты несешь такое! Никакие мы не рабы!
ГРИГОРИЙ:
Не рабы? Тогда как объяснить, Богдан, твой большой и шикарный дом, который ты построил спустя всего пару лет после прихода Sun & Son? Как объяснить, что твоя дочь учится в Америке?
СТАРОСТА ПОДХАЛЫ (с вызовом):
Считаешь чужие деньги, а, Григорий? Мне нечего скрывать. Действительно, я получил щедрое пожертвование от господина Собепанка. А кто нет, а? (нервно смотрит по сторонам) Мы все… мы все получили. Отказаться, когда другие приняли, было бы глупо.
СТАРОСТА КУПАВ (с удивлением):
А что мы получили? Я не помню ничего такого. Господин Собепанек приходил ко мне лично с какими-то бумагами. Больше ничего.
ГРИГОРИЙ:
С какими бумагами, Симон? Он просил тебя подписать закон?
СТАРОСТА КУПАВ (чешет макушку):
Дай Бог памяти… Что-то про столицу там было.
ГРИГОРИЙ:
Программа переселения «Из вески в столицу»?
СТАРОСТА КУПАВ:
Да… Да, точно так было! Я, правда, не читал особо…
ГРИГОРИЙ:
Симон, знаешь ли ты о строительстве дороги в Купавах? Об опустевших домах?
СТАРОСТА КУПАВ:
Я редко выхожу из хаты в последние дни. Спина болит, проклятая. Вон, коров и то дочка выгоняет.
СОБЕПАНЕК (насмешливо):
Похоже, наш Симон и не знает, что делается у него под носом. Говоря честно, я сделал ему такое же предложение, как и остальным. Но он, похоже, просто не умеет читать.
ГРИГОРИЙ:
И что же это было за предложение? Можешь озвучить его перед судом?
ФАГАС (опускает с громким стуком большой молоток):
На этом обсуждение прекращается! Обвинение ушло слишком далеко от изначальной темы.
СОБЕПАНЕК:
Вальдемар, ну зачем же так? Портишь все удовольствие. Григорий хочет поиграть в героя. Это в Нагоре популярная тема – геройство! А может, он завидует, что ему ничего не досталось.
ГРИГОРИЙ (гневно):
Тебе надо было предложить, Кацпер. Еще как надо было! Я бы эти бумажки бросил тебе прямо в лицо!
ФАГАС:
Оскорбление обвиняемого! Штраф и исключение из зала суда! Борис, я прошу тебя увести свидетеля.
ГРИГОРИЙ:
Мы еще не закончили!
БОРИС (встает с места, обращается к Григорию):
Ничего не поделать, нам придется играть по правилам. Спасибо за твои слова, Григорий. Я продолжу.