Димка
Алёнка
от автора
Всем огромный привет!
Простите, что так долго не было обновлений,
не буду ничего придумывать, скажу честно, я ее пишу, просто очень трепетно отношусь именно к данному моему произведению:)
Это как первая любовь, вот что значит для меня эта история.!
С завтрашнего дня я начну выкладывть главы на постояннной основе.
с 9 по 13ю - каждый день в 17.17
Далее через день еще пять глав в этоже время, остальные чуть реже - через день или через два
Как проходит ваше лето?
А пока, я надеюсь, вы ждете продолжения познакомлю вас еще с одной героиней -
Полина Морозова, сестра Димки
9.
Мы поступили в десятый. Я знал от Полинки, что Алёнка тоже решила заканчивать одиннадцать классов. Осень, зима, весна я начал встречаться с девчонками. Они были разные красивые, робкие, яркие. Я целовал их тёплые губы, обнимал тонкие талии жаркими руками, и слушал как бьются их перепуганные сердца где-то по рёбрами, а моё собственное сердце просто молчало в ответ. Я всё ещё ждал лета ведь все они - не она.
Я часто ходил к Алёнкиной бабушке, мы садились с ней за старый деревянный стол пить чай, доставали альбом с чуть пожелтевшими от времени фотографиями и вспоминали годы, что промелькнули так незаметно. Тысячи ярких снимков и на всех, словно напоминая мне о том, что я безвозвратно потерял, улыбалась она. Мягкая, нежная, вздорная девушка с рыжими, как лучики солнца кудрями. Та, что как мечта, появилась в моей жизни на мгновение и исчезла, унося с собой счастье.
Ираида Петровна никогда не спрашивала меня, что же произошло между мной и её внучкой. Она подливала мне чай, гладила шершавой ладонью по моим отросшим волосам, совсем как в детстве, и тихо вздыхала.
Мы больше не писали друг другу сообщений. Не праздновали вместе Новый год.
Антон говорил, что я дурак, и что пора просто забыть эту свою летнюю подружку и жить дальше. Я не спорил со своим лучшим другом, не пытался оправдать свою болезненную зацикленность на одной единственной девушке, не искал доказательства справедливости своих страданий… Мои страдания были тихими, как дождь за окном в пустой квартире. Они не кричали, не рвались наружу - они оседали где-то глубоко, в груди, рядом с тем местом, где должно было быть счастье.
Иногда, в самые неожиданные моменты, они просыпались. Когда я слышал её любимую песню в наушниках незнакомки на улице. Когда видел её сообщение, присланное Полинке. Когда кто-то из новых одноклассников упоминал имя, похожее на её имя, и на миг моё сердце замирало. Хуже всего было ночами. В тишине своей комнаты, когда все уже спали, а я лежал и смотрел в потолок, вспоминая её голос. Как она смеялась, как злилась, как шептала моё имя. Эти воспоминания были как ножи - острые, холодные, вонзающиеся в грудь по-новому каждый раз.
Я стал мастером маскировки. Улыбался, когда было нужно. Шутил с одноклассниками. Даже влюблялся ,или делал вид, что влюбляюсь. Но внутри всегда было пусто, как разбитая чашка, неудачно склеенная обратно, с трещинами, по которым сочилась боль. Мои страдания стали частью меня, как шрам от давно зажившей раны. Я носил их с собой, как напоминание о том, что значит любить и терять. И, может быть, именно поэтому я до сих пор ждал - не только её, а еще и того самого лета, которое так и не закончилось по-настоящему.
А еще я научился врать и быть изворотливым. Зная, что сестра до сих пор поддерживает с Алёнкой переписку, я бессовестно читал сообщения и копировал себе её фотографии, даже так, постыдным обманом, я все ещё хотел быть частью её жизни.
- Морозов, ты чего, совсем охренел? – как-то поймала меня сеструха и поспешно вырвала из рук свой телефон.
А когда увидела, что именно я там разглядываю, как-то беспомощно осела на кровать и тоскливо на меня посмотрела.
- Ты, что до сих пор не забыл ее, Димк?
А я, пряча тугой комок в горле, отвернулся к окну и промолчал.