- Привет, - выдавила я из себя.
- Привет, - ответил он незнакомым мне низким, чуть хрипловатым, по-настоящему взрослым уже голосом.
И я запаниковал, понимая, насколько многого не знаю теперь о своём лучшем друге.
- Ого, да ты там совсем вырос что ли? - неловко пошутила я, скрывая охватившее меня смущение, - До потолка достаёшь?
- А ты? - ответно подколол он, - Все такая же мелкая?
И стало немного легче. Так, словно зажатую внутри пружину, чуть-чуть отпустило. Я поздравила его с днюхой, расспросила об учёбе и планах на будущее. Мы говорили довольно долго и кажется оба соскучились по такому общению. Но ни разу на протяжении разговора ни я ни он не затронули тему моего поспешного отъезда летом.
После того разговора наши отношения снова вернулись в дружеское русло, но уже никогда не стали такими близкими и откровенными, как прежде. Словно у Димки в Москве была своя, абсолютно чуужая мне галактика. Летом, после девятого класса на вокзале меня встречала Полинка. Оказалось Димка уехал в спортивный лагерь. Так случилось, что его смена в тот раз совпадала с моим приездом. Я стояла под слепящим солнцем и щурилась, вытирая слезы, выступившие от его невозможной яркости. Димка оставил мне подарок: коробку конфет и маленького смешного медвежонка- тедди. Значит он все ещё помнил, что я их обожала.
Я часто сидела в одиночестве на балконе, прижав к себе плюшевого мишку и отчаянно скучала по своему жестокому другу. Он даже не позволил себя увидеть. Почему-то я была уверена, что лагерь - просто предлог, чтобы избежать нашей с ним встречи.
Я настолько ему надоела, что он решил вычеркнуть меня из своей жизни?
8.
Почти два месяца после её отъезда я приходил в себя, буквально собирая по крупицам. Черт возьми, раздираемый неизвестностью и отчаянием я тысячи раз написал ей люблю, но так и не получил ответа. И только спустя месяц узнал, что Алёнка потеряла в поезде телефон и сменила номер. Так моим признаниям не получилось случиться. Когда я узнал об этом от сеструхи, то долго держал в руках бумажку с номером, что отдала мне Полинка, и почти выл от накрывшей меня безысходности.
Может быть, в наши отношения с Алёнкой вмешалась сама судьба?
Мы возобновили общение, спрашивали друг друга как дела, вежливо и предельно отстранённо, словно боялись пересечь невидимую черту, которая раз и навсегда изменила наши отношения. В день моего пятнадцатилетия на меня вдруг накатила особенная хандра. Я весь день тупо провалялся в кровати, отказавшись и от шумной компании парней, и от торта, чем огорчил старавшуюся ради меня маму. Я смотрел в потолок, на то, как вечерние тени медленно заползают в комнату и почти подпрыгнул, услышав громкий звонок. Давно позабытая мелодия рингтона, установленная на самого важного для меня человека.
- Привет, - сказал я ей севшим от волнения голосом. И почувствовал, как ускоряется, заколотившее в ребра сердце.
- Ого, да ты там совсем вырос что ли? - пошутила Алёнка.
- А ты? – подхватил ее шуточный тон я, - Все такая же мелкая?
Если бы я мог, то проговорил бы с ней до рассвета… Звук ее голоса, мягкий смех, все это заставляло меня в буквальном смысле плавиться от блаженства. В какой-то момент я даже потерял нить нашего разговора.
- Димка, - тихо позвала она на прощание, - и я напрягся, почувствовав в ее голосе что-то важное, - Я же по-прежнему твой лучший друг?
Девушка с синими, как небо глазами. Какого ответа ты тогда ожидала?
- Ты в курсе, что Алёнка увлеклась фотографией? – мы сидели на кухне, и Полинка как бы невзначай спросила меня об этом.
- Мелкая, - беспричинно разозлился я, - ты то откуда знаешь?
- Ну так мы же общаемся, - сеструха округлила глаза и будто бы с укором специально выделила эту фразу, - Вот, смотри, - она протянула мне свой телефон и я с жадностью стал разглядывать присланные ей Алёнкины снимки: осенний парк, лестницу, саму Алёнку, смеющуюся на аллее на фоне кружащихся в воздухе желтых листьев.
- Поля? – умоляюще протянул я, готовый под стол забраться от неловкости.
- Что? – понимающе хмыкнул она, - Тебе переслать?
- А можно?
- Какой же ты все-таки тупица, мой братец.
Алёнка не приехала на Новый год, напрасно я ждал до последнего и караулил, как собачонка входную дверь. Наверное, мой Дед Мороз тоже вырос и больше не исполняет желания.
«Привет, с Новым годом!» - с сотой попытки я наконец-то отправил ей коротенькое сообщение.