Она улыбнулась медленной соблазнительной улыбкой.
— Я была очень дружна с Роджером, моим мужем. Мы были с ним очень хорошими друзьями. И было время, когда мы с тобой тоже были очень дружны, Гай! Ты помнишь?
Но Гай отвернулся, а она направилась к телефону и позвонила доктору. Он ответил, что будет рад поужинать в «Выборе Трегони»
Брюс Картер прибыл вечером, одетый в элегантный смокинг, и, хотя взгляд его задержался на Кармелле, восхитительно выглядевшей в вечернем платье из серебристой парчи, слишком изысканном для такого случая, но отменно подчеркивающем все изящные линии ее грациозной фигуры, окончательно он остановился на Розе.
У девушки было только одно темно-синее платье, чтобы переодеться к вечеру, но темный цвет привлекал внимание к чистоте ее кожи и мягкому блеску волос, которыми можно было любоваться в любое время, что бы она ни надела. Красивые карие глаза под слегка подкрашенными ресницами удивляли спокойствием, и для такого мужчины, как Брюс Картер, это спокойствие было особенно привлекательным.
Он считал, что Розу нечестно использовал мужчина, который теперь выступал в роли хозяина, принимающего гостей. Не имей Брюс симпатии к Уокфорду из-за несчастного эпизода в его жизни, он мог бы быть с ним менее любезен, чем был на самом деле. Но они оба пострадали в том же пожаре, и оба с трудом оправились от воздействия его сжигающего пламени, и это общее испытание связало их незримыми узами. Доктор мог презирать Гая Уокфорда, но не мог полностью его осуждать.
Однако он не был готов услышать, что Гай Уокфорд и стройная юная девушка со спокойными карими глазами, которые так пленили его, помолвлены и собираются скоро пожениться.
— Вот, кстати, и отпразднуем, — заметила Кармелла с вечно сладкой насмешкой в голосе, когда разлили спиртное. — Гай и мисс Арден собираются пожениться! А я буду следить за всеми приготовлениями к свадьбе. И мы сейчас немедленно выберем для нее место!
Брюс Картер изумленно посмотрел на нее.
— Париж! — заявила вдова. — Это моя идея, не думаешь, что она превосходная?
— Почему Париж? — спросил доктор, оправившись от удивления.
Кармелла с притворным недоумением посмотрела на него из-под длинных ресниц.
— Почему нет? Париж — особое переживание в жизни любой молодой женщины. Как я поняла, наша маленькая Роза никогда там не была. Ее можно назвать йоркширской розой... — Склонив голову набок, она с улыбочкой принялась рассматривать девушку. — Кроме того, следует учесть и неприятную рекламу, которую сделал себе Гай совсем недавно...
— Понятно, — коротко отозвался доктор и отвернулся. Сделав глоток вина, он посмотрел на Розу, и в его глазах появилось что-то похожее на разочарование.
Интересно, подумала девушка, поверил ли он, что она на самом деле выходит за Гая, и не имеет ли его разочарование какую-то личную причину?
Ужин прошел довольно приятно, потом они перешли пить кофе в библиотеку. За столом хозяйничала Кармелла. Прекрасная вдовушка так красиво наполняла благоухающим напитком тонкие чашки, что Роза подумала: как жаль, что Кармелла бросила Гая шесть лет назад! А сейчас, что бы ни случилось, он уже никогда не сможет ей поверить так, как верил тогда, и ничто уже не сотрет горечь этих лет без нее. Гай, вероятно, очень сильно страдал, когда она вышла замуж за другого, потому что даже сейчас смотрел на нее глазами, в которых таилась боль воспоминаний. А тот факт, что Кармелла теперь вдова и готова повиснуть у него на шее, должно быть, втайне возбуждал его, пусть даже он и пытался убедить Розу, будто все давно прошло. Тлеющий огонь легко возродить к жизни! Роза настолько была в этом уверена, что ощущала легкую тошноту, наблюдая, как Кармелла нагло использует весь арсенал своих средств, чтобы вновь пленить Уокфорда...
— Пойдемте полюбуемся луной, — внезапно тихо предложил Розе доктор Картер, в то время как другая пара продолжала оживленную дискуссию, предложенную Кармеллой, о перестройке «Выбора Трегони». Скажи Гай лишь слово — и вдовушка была готова заняться декорированием дома хоть сегодня, называя себя признанным экспертом в таких делах.
— Вот! — воскликнул Брюс Картер, раздвинув шторы в дальнем конце комнаты, и перед Розой раскинулось залитое серебристым светом море. Молодая луна казалась брошью, приколотой к бархату неба. — Пейзаж, который никогда не терпит неудачи и ускоряет пульс, правда?
— Да, — согласилась она. Брюс взглянул на девушку.
— Вы должны загадать желание, — посоветовал он. — Или вам уже нечего больше желать?