– Не говори про мать, она сама такой жизни хотела, – нервно поправила сестру Ольга. – А теперь успокойся и внятно объясни, что происходит.
– Сегодня бабушку выписывают из больницы. Я утром поехала к ней в дом, чтобы там всё приготовить. И что ты думаешь? – Сима захлебнулась от негодования. – Её дом продан.
– Как продан? Кем продан? – Ольга не могла себе представить, что такое возможно.
– Нашим драгоценным папашей, – Сима рухнула на стул и громко зарыдала. – Что теперь делать, Оленька?
Ольга буквально минуту стояла в полном оцепенении, а потом резко схватила сестру за руку:
– Поехали! Сейчас будем ставить всё на место, – от такой решительности Сима опешила.
Сёстры вышли из подъезда. Именно в этот момент подъехала служебная машина Георгия. Ольга запихнула сестру на заднее сиденье, а сама по-хозяйски села вперёд.
– Коля, слушай меня очень внимательно, – обратилась она к водителю, – сейчас мы поедем делать одно важное и очень серьёзное дело. И, если у нас всё получится, тогда ты отвезешь меня туда, куда должен. А если нет… – Ольга сделала паузу и на секунду задумалась. Потом резко обернулась к сестре и продолжила, – что значит «нет»? У нас всё получится. Терпеть, сестрёнка, мы этого не будем. Николай, ты знаешь, где живёт наш папаша?
– Александр Павлович? Конечно, знаю. Только, Ольга Александровна, надеюсь, что с Георгием Станиславовичем вы потом объяснитесь? – учтиво спросил Николай.
– Коля, поехали. Всё будет хорошо.
Через несколько минут сёстры поднимались в квартиру отца. Дверь открыла мама. По свинцовому взгляду Ольги она поняла, что сейчас что-то будет.
– Где этот хорёк? – с мужской твёрдостью спросила Оля.
Валентина Васильевна даже не успела сообразить, что надо на это ответить, как младшая дочь уже оказалась в гостиной. Отец сидел за столом и пил чай со своими любимыми сушками, ломая их широкими ладонями.
– Ты что творишь, гад? – Ольга взглядом вцепилась в отца. – Как ты посмел собственную мать оставить без крова. Или ты думаешь ее перевезти к себе, в свой поганый дом? Так лучше сразу на кладбище. Она же здесь через неделю помрёт от вашей грёбаной любви.
Александр Павлович отряхнул руки от крошек. Медленно встал и подошёл к дочери.
– Не много ли, сучка, ты на себя берешь? – прошипел Орлов и со всего маху широкой ладонью ударил Ольгу по щеке. Женщина, не выдержав тяжелого удара, упала. – Я без тебя, сопля, знаю, как мне поступать со своей матерью. Ты иди хахалей своих обслуживай, и не лезь не в свое дело, – не громко, но очень жёстко продолжал отец, потом повернулся к Серафиме и сделал к ней несколько шагов. – А ты куда лезешь, малахольная? Ладно хоть у этой покровители есть, – он показал своим толстым пальцем на Ольгу. – А твой-то чахлик, думаешь, тебя защитит? Поди раньше времени обделается. Шли бы вы отсюда. Я матери нашёл дом престарелых. Там ей будет хорошо, – Александр Павлович подошел обратно к столу, сел на стул и небрежно махнул рукой. – Пошли вон!
Оля, держась рукой за покрасневшую щеку, поднялась, но взгляд от отца не отрывала.
– А теперь запомни, когда придет день и ты станешь немощным вонючим старикашкой, я вспомню тебе эти слова. Ты ответишь за всё. За все свои мерзости, которые ты совершил, за слова, которые произнес, за всё. С этой минуты ты мне не отец. Ты просто мразь.
Серафима задрожала после слов сестры. Она не ожидала такого откровения от Ольги. Да, в семье все знали, что Оля не может простить отцу потерю ребёнка, но услышать такое Сима была не готова.
– Оленька, что ты? Успокойся. Может, бабушке и правда будет хорошо в… – она не договорила, уловив взгляд сестры. – Прости, что я такое мелю? Пойдем отсюда, Оля.
Софья Ивановна умерла через месяц после того, как Орлов перевёз её в дом престарелых. Сима с Олей делали всё возможное, чтобы бабушка не чувствовала себя одиноко. Но, видимо, старушка не смогла пережить предательство родного сына. Да и кто бы смог такое пережить?
14.
В тот день Барновский вернулся поздно. С сыном Кириллом они поехали с ночёвкой на рыбалку. Мальчик остался ночевать у Ольгиных родителей, а Женя поспешил домой. Ольги дома не оказалось, несмотря на поздний час. В последние несколько лет отношения в семье испортились совсем. На самом деле, у Ольги никогда и не было настоящих чувств к Евгению, а после того, как он встал на сторону Александра Павловича, Ольга ещё больше отдалилась от супруга. Она чувствовала, что Барновский всячески настраивает против неё сына. Отец с Кириллом проводили много времени вместе. Это и понятно. Евгений в своей общественной организации практически не работал, соответственно, денег домой приносил мало. А Ольга, напротив, работала с утра до ночи, и весь достаток в семье был от неё, а как обратная сторона медали – ничтожно мало времени, проведённого вместе с сыном. Отношения с Кириллом становились всё сложнее.