— Да, Господин, — проговорила я почти шепотом и на едва гнущихся ногах, сжимая в ладони символ моего унижения, ушла в магазин.
За несколько минут до вылета, давясь слезами, я благодарила Кирилла, отсасывая ему в кабинке мужского туалета.
Наша связь длилась уже два года. За это время я хорошо изучила Кирилла, но не смотря на это все еще не знала, чего от него ожидать. Раз за разом ему удавалось выбить меня из колеи, устраивая эмоциональные встряски, после которых я чувствовала себя выпотрошенной до основания. День за днем он пробирался глубже, подчинял еще сильнее, на ином уровне… Казалось, не осталось ничего, что я бы не сделала для и ради Кирилла. Сегодняшний унизительный эпизод это доказал.
— Впредь все свои траты согласовываешь со мной. — Он застегнул ширинку и вышел из кабинки, оставляя меня приходить в себя в одиночестве.
— Как слетала в Казань? — Спросила Арина, устраиваясь на моей кровати. — Попробовала эчпочмак?
Разбирая вещи, я помотала головой.
— Как-то не довелось.
— Ты шутишь? — Скептически посмотрела на меня сестра. — Ты была в Казани и не попробовала блюдо национальной кухни? Кирилл тебя что, все время в постели продержал?
Фактически так оно и было, но я не грустила по этому поводу. Я провела фантастическую неделю с Кириллом. Город за пределами номера и местная кухня меня мало интересовали.
— Зато тебе я привезла чак-чак. — Я протянула Арине коробку с главной татарской сладостью, предпочитая не вспоминать, что мне пришлось сделать ради этой покупки. Прошло несколько часов, а меня все еще потряхивало. Чувство унижения никак не хотело меня покидать. Казалось, оно прочно въелось в душу.
Сегодня Кирилл лишил меня финансовой свободы и самостоятельности, сделав зависимой от его решений. Несмотря на то, что в моем кошельке было достаточно денег, внезапно я потеряла к ним доступ. Я бы не смогла нарушить прямой запрет. Для меня это было немыслимо. Контроль и власть Кирилла надо мной становились подавляющими. Я же в своем желании угодить безропотно подчинялась, не задумываясь о том, куда подобные отношения могут меня привести…
— За чак-чак спасибо. Может, сходим куда-нибудь вечером? Я очень соскучилась по тебе за время твоего внезапного отпуска.
— Прости. Сегодня не получится. Вечером Кирилл ждет меня у себя.
— Вы же и так только что неделю вместе провели.
— Прости. — Я ненавидела себя за то, что в очередной раз мне приходится делать выбор не в пользу сестры, но отказать Кириллу я была не способна. Он сказал, что вечером я должна быть у него, я ответила послушное «да, Господин».
— Понятно, — вздохнула Арина. — Все забываю, что Кирилл для тебя важнее всех.
Сердце сжалось от слов сестры. Чувство вины уже не помещалось в груди. Ее обида была обоснована. Я действительно отдалилась. Кирилл заполнял собой почти все мое время. И это меня устраивало, потому что я тоже хотела проводить с ним любую свободную минуту. Но и Арине я была нужна. Только как примирить эти две части моей жизни не понимала. Я чувствовала, что все меньше контролирую собственную жизнь, и все больше в ней становится подчинено Кириллу и его желаниям.
— Это не так. Ты знаешь, что я люблю тебя. Ты самый близкий для меня человек.
— Я этого больше не чувствую. Ты отдалилась. Вообще не помню, когда мы с тобой последний раз выбирались куда-то вместе. Да даже разговаривать толком перестали. Только и слышу от тебя постоянно «Кирилл, Кирилл», всегда только он. Больше для тебя никого не существует.
— Прости, — повторяла я как заевшая пластинка. — Мы обязательно сходим куда-нибудь вместе, но не сегодня.
— Ясно, — вздохнула Арина и, больше не говоря ни слова, вышла из моей комнаты, оставив нетронутый чак-чак на кровати.
Глава пятьдесят четвертая
Всю неделю я была занята на работе. Пару раз выбралась на йогу. Вечера проводила с Ариной и периодически переписывалась с Богданом и Зораном. Последний должен был вернуться сегодня. И это было хорошо, потому что моя тоска по нему достигла невероятных размеров.
Сложных разговоров ни с одним из них я больше не вела. Казалось, между нами все было по-прежнему легко и непринужденно. Одновременно с тем душой я ощущала, что все неуловимо меняется, но старалась не акцентировать на этом внимание.
— В этом платье твои ноги кажутся бесконечно длинными. — Арина лежала на моей кровати, наблюдая, как я собираюсь на корпоратив по случаю пятнадцатилетнего юбилея нашей компании.
На мне было короткое черное платье из мерцающей ткани с длинными рукавами. Оно облегало тело, словно вторая кожа. Несмотря на то, что оно было максимально закрытым сверху, скромным назвать этот наряд не получалось. Длина у него была такая, что мне бы лучше в нем не наклоняться.