Алина: «Я не расскажу. Я теперь боюсь вас».
Богдан: «Это правильно».
Зоран: «Скинь свое местоположение, девочка».
Алина: «Что-то со связью. Плохо вас слышу».
— Вань, налей мне еще шампанского, пожалуйста, — попросила я, сжимая в ладони телефон.
— Один момент. — Он начал открывать новую бутылку.
Телефон пару раз коротко провибрировал в руке, но заглядывать в чат я не решалась. В попытке унять возникшую нервозность я выпила сразу полбокала. Коварные пузырьки облепили горло, вынуждая меня поморщиться. Телефон жег ладонь. Желание узнать, что еще они написали, было нестерпимым. В конце концов, я не выдержала и жадно вчиталась в новые сообщения:
Богдан: «Раззадорила и в кусты».
Зоран: «А говорила, что скучаешь».
Я решила не поддаваться на провокацию и больше мужчинам ничего не писала. От греха подальше убрав телефон, я допила шампанское и снова ушла танцевать, надеясь, что Богдан и Зоран пошутили насчет кнутов.
Только когда время подобралось к полуночи, я собралась домой. По опустевшим улицам такси домчало меня стремительно. Выйдя из машины, я сделала несколько шагов и остановилась как вкопанная, крепко прижимая к себе клатч. Уснувшая нервозность мгновенно вернулась.
— Здравствуй, девочка. — Зоран выпустил струю сигаретного дыма и медленно окинул меня внимательным взглядом. — Одета, говоришь?
Легкая дрожь прокатилась по телу. И списать ее на холод не получалось. На улице было по-летнему тепло.
Я кивнула. Раздетой меня точно нельзя было назвать. Хотя это, конечно, с какой стороны посмотреть…
— Даже не обнимешь меня?
Я сильно соскучилась по Зорану, но прямо сейчас опасалась приближаться к нему. Мое дерзкое общение в чате и упоминание о кнутах заставляло сохранять дистанцию. Я перевела взгляд на Богдана. На его губах блуждала легкая улыбка, но и к нему я подходить не спешила. Облизнув губы, я неосознанно продолжила начатый флирт.
— Не ожидала вас увидеть.
— Разве? Ты сделала все, чтобы привлечь наше внимание. — Зоран сбил пепел и снова затянулся. — Так где ты была, Алина?
— На корпоративе… В клубе.
Зоран выкинул окурок и, подойдя ближе, обхватил меня за скулы, прожигая глазами, которые при свете уличного фонаря казались практически черными. Невольно захотелось сделать шаг назад, но вместо этого я вздернула подбородок, ища в себе остатки былой дерзости.
— Сколько ты выпила?
— Достаточно, чтобы понимать, что в таком состоянии вы меня наказывать не будете.
Едва заметно Зоран улыбнулся.
— Не переживай. Мы дождемся, пока ты протрезвеешь.
Удивительно, но нависшая надо мной перспектива наказания прямо сейчас почти не пугала. Вероятно, выпитый алкоголь притуплял страх. Я продолжала смотреть на Зорана, наслаждаясь его близостью после вынужденной разлуки.
— Не переживаю, — прошептала я и снова облизнула губы. Безумно захотелось поцеловать его, но Зоран продолжал крепко меня удерживать, не давая пошевелиться.
— Нарываешься, Алина.
— Знаю.
Он покачал головой и надавил большим пальцем на мои губы, размазывая остатки помады.
— Накажу, — прозвучало интимное обещание, заставившее низ живота беспомощно заныть.
— Не надо, — прошептала я, чем усилила гипнотическую темноту в глазах Зорана.
Мужчины проводили меня до квартиры. Богдан оперся ладонью о стену и провел носом вдоль моей шеи, заставляя мурашки проявиться на коже. Другой рукой огладил мое обнаженное бедро, забираясь под платье.
— Все-таки в белье, — усмехнулся он, достигнув трусиков. Его дыхание ласкало мои губы. Я облизнула их. Спустя секунду мы целовались. Богдан вдавил меня в стену. Сминая ладонью ягодицу, прижал мое бедро к себе. Платье задралось выше, обнажая меня сильнее. Желание захватило тело, заставляя меня мелко дрожать. Я обхватила Богдана за шею, промежностью вжимаясь в его бедро.
— Завтра вечером будем тебя пороть.
— Я не приду, — прошептала я, задевая его губы.
Богдан усмехнулся.
— Только попробуй.
Он глубже засунул язык мне в рот, продолжая с напором целовать. Я бесстыдно терлась о его бедро, сгорая от горячих ласк и готовая отдаться Богдану прямо здесь, в подъезде. Внезапно все прекратилось. Он коротко меня поцеловал и отстранился. Одернув платье, я перевела взгляд на Зорана. Он стоял, прислонившись к противоположной стене, сложив руки на груди. Набравшись смелости, я подошла к нему и, дотронувшись до его руки, заглянула в глаза.