Я понимала, что рано или поздно эта связь на троих закончится. Понимала и все равно позволила случиться чувствам. Нужно было уходить раньше, до того как привязалась, до того как влюбилась. Теперь пожинаю плоды…
— Ты ведь сказала, что сегодня не вернешься. — Арина выглянула из комнаты и сразу нахмурилась, увидев меня. — Что-то случилось?
Я кивнула. Сняв плащ и туфли, пошла в свою комнату. Забравшись на кровать, подтянула к себе подушку и, уткнувшись в нее лицом, снова дала волю слезам. Арина легла позади и обняла меня.
Тело сотрясалось в беззвучных рыданиях. Боль раздирала на части, выжигала дыру в душе и заражала все, до чего могла дотянуться. В какой-то момент стало невыносимо ее терпеть, и я тихо простонала. Арина обняла меня крепче.
— Что случилось, Алин? Это из Богдана и Зорана? Из-за них ты плачешь?
Перевернувшись на спину, я уставилась в потолок. Слезы продолжали катиться из глаз, каждый вдох давался с трудом. Рвать по живому всегда больно…
— Они подрались из-за меня, — сказала я тихо и на секунду закрыла глаза, желая прогнать эту ужасную картину из головы. — Били друг друга так сильно…
— Не смогли тебя поделить?
— Не смогли.
— Что произошло? Ведь вроде все было хорошо. Кажется, они совсем не ревновали тебя друг к другу.
Я тихо вздохнула, снова коря себя за то, что не ушла раньше. Вместо этого я позволяла себе наслаждаться происходящим, подсознательно игнорируя назревающее между Богданом и Зораном противостояние.
— Не ревновали, пока не появились чувства.
— Они поставили тебя перед выбором?
— Я не дала им это озвучить и ушла. Не хочу быть причиной разлада между друзьями.
Случившееся стало для меня уроком. Больше я не стану вовлекаться в подобный формат. Трое — это слишком много…
— Ты любишь их?
Я старалась не думать об этом, постоянно напоминая себе, что все происходящее между нами игра. Захватывающая, острая, но все-таки игра. За эту мысль я держалась до последнего. Но чувства невозможно контролировать. Невозможно запретить им существовать. Невозможно запретить себе любить… Надо было уходить, когда начала привязываться, но я допустила ошибку, оставаясь с ними и пустив все на самотек.
— Трудно при таких сильных эмоциях, которые они заставляли меня испытывать, не влюбиться.
Внезапно я заострила внимание на ошейниках, которые все еще были на мне, и о которых я успела забыть во всей этой суматохе. Последовала новая вспышка мучительной боли. Закрыв глаза, я погладила их кончиком пальца, давая себе еще несколько мгновений, прежде чем сниму их навсегда.
— Больно? — Прошептала Арина.
— Безумно. Надо было сразу все прекратить, как только я поняла, что привязываюсь к ним.
— А ты бы смогла?
— Не знаю, — ответила я после долгой паузы. С самого начала меня тянуло к обоим слишком сильно. Как в омут я бросилась без оглядки в эту связь на троих. Возможно, я занимаюсь самообманом, думая, что смогла бы легко все прекратить еще хотя бы месяц назад. Сейчас это уже не проверишь. — Не думала, что между нами все закончится так внезапно… Мне казалось, все само постепенно сойдет на нет и нам удастся разойтись без потерь. Это было бы самым идеальным вариантом. Жаль, что для нас невозможным. В итоге все завершилось самым паршивым образом.
— Если они подрались из-за тебя, значит, у них тоже есть к тебе чувства, — размышляла Арина.
— Именно поэтому оба эти мужчины больше для меня недоступны. Нельзя выбрать одного, а на второго смотреть только издалека. Все мы, так или иначе, будем страдать. Каждый по-своему. Да и дружба между ними при таком раскладе, скорее всего, тоже прекратится. Слишком сильный урон от меня, понимаешь?
— Мне жаль, что так вышло.
— Мне тоже.
Я приобрела еще один опыт, который опять оказался слишком болезненным и разрушительным. Тема должна была приносить удовольствие, удовлетворять порочные желания, но вместо этого оставляла после себя глубокие раны в душе и на сердце, которые я в очередной раз вынуждена была зализывать.
Арина ушла к себе в комнату и через полминуты вернулась с маминым пледом.
— Тебе сегодня нужнее. — Она укрыла нас им и снова прижалась ко мне.
Внезапно раздалась трель моего телефона. Звонил Богдан. Я смотрела на его имя на экране, чувствуя, как в сердце проворачивается нож. Как только вызов прекратился, я занесла номера мужчин в черный список. Отложив телефон, я обняла Арину.