Богдан отошел от меня. Больше я не ощущала его тела, но продолжала чувствовать на себе горячий взгляд. Медленно выдохнув, я потянула подол платья выше, оголяя бедра. Подцепив белье, я медленно сняла его. Сердце билось о ребра как безумное. Развернувшись, я посмотрела на Богдана.
— Я подержу. — Он забрал у меня трусики и засунул в карман брюк. Под его взглядом я чувствовала себя беззащитной, и без белья это ощущение усилилось в разы. — Сядь на стол.
Градус нашей встречи стремительно повышался. Не сводя глаз с Богдана, я подчинилась.
— Покажи мне себя.
Я снова собрала платье на талии, оголяя бедра, и медленно развела ноги шире. Едва Богдан коснулся взглядом моих половых губ, низ живота прострелило. Горячее возбуждение увеличило количество смазки. Сладкое томление, острое желание полностью вытеснили ставшее лишним смущение. Ему просто не осталось места.
— Нравится сидеть на моем столе, Алина?
Богдан меня не трогал, только смотрел, а я чувствовала себя так, будто в этот самый момент мы занимаемся сексом физически.
— Да, Хозяин. Очень.
Он сократил расстояние между нами и оперся ладонью о стол. Другой рукой обхватил мою ногу и медленно повел от колена выше. Чем ближе он подбирался к тому месту, где я больше всего хотела почувствовать его руку, тем жарче мне становилось.
— Хочу узнать, как ты кончаешь. — Костяшкой указательного пальца Богдан провел по моему лобку, останавливаясь в миллиметрах от нужной точки. — Собираюсь изучить тебя всю.
Бедра напряглись. Я ждала. Он не двигался. Прозвучавшие слова подбросили поленьев в бушующий внутри меня огонь, вынуждая его разгореться еще сильнее. Продолжая смотреть мне в глаза, Богдан коснулся половых губ. Горячая волна прокатилась по телу, оставляя после себя россыпь мурашек. Едва он надавил пальцем на клитор, я тихо простонала и непроизвольно закрыла глаза, на мгновение чувствуя облегчение. Но очень скоро этого уже не было достаточно.
Снова посмотрев на Богдана, я мысленно умоляла о продолжении. Наблюдая за мной, он усилил нажим, заставляя задыхаться от желания почувствовать больше. Сдвинувшись на столе, я вжалась в ладонь Богдана.
— Такая нетерпеливая мне досталась девочка.
Его голос обволакивал. Прикосновения плавили. Пожар внутри увеличивался.
— Простите, — судорожный выдох, — Хозяин.
Облизнув пересохшие губы, я постаралась вести себя сдержаннее, хотя все внутри меня умоляло послать все к черту и просто насадиться на его пальцы.
— Я поработаю над твоей выдержкой, — пообещал он.
В каждом действии Богдана чувствовалась спокойная уверенность, в которой мне хотелось раствориться. Ощущение долгожданной власти надо мной пьянило. Несколько лет я уговаривала себя, что все это мне больше не нужно. Самообман. Нужно. И очень сильно.
Истосковавшееся по ощущению мужской власти тело изнывало, сгорало изнутри. Я пыталась сдерживать стоны, но быстро бросила это бесполезное занятие, полностью отдаваясь умелым ласкам. Напряжение сковало тело. Каждый нерв как натянутая струна. Низ живот объяло огнем.
В поисках необходимой опоры, я уткнулась лбом в плечо Богдана.
— Можно я кончу, Хозяин?
— Не так быстро. — Он чуть замедлил движения, ослабил нажим, заставляя поманивший меня приятными ощущениями оргазм отступить. — Потерпи немного.
Хотелось простонать от отчаяния, но я сдержалась. Прикусив губу, я боролась с собой, стараясь обуздать неумное желание получить разрядку.
Богдан продолжил изощренно мучить меня, наращивая давление и темп. Подводил к черте, но не давал ее пересечь. Томил в ожидании. Заставлял изнывать и снова просить разрешения.
— Пожалуйста… Хозяин, пожалуйста.
Он молчал, продолжая настойчиво тереть клитор. Кружил вокруг, гладил, сдавливал его пальцами, вынуждая меня громко стонать. Еще пара минут в таком режиме и на столе подо мной будет мокрое пятно. Не контролируя себя, я сжала бедрами его руку.
— Алина, веди себя хорошо. Иначе я передумаю, и ты сейчас ничего не получишь.
Я заставила себя раздвинуть ноги. Быть хорошей девочкой было значительно труднее, чем плохой. Для последнего вообще не требовалось никаких усилий.
Богдан доводил меня до безумия, а я сдерживала себя, чтобы не начать снова его умолять. С самого начала он демонстрировал, что просто не будет. И мне это нравилось. Изощренная пытка, захватывающая игра, ни с чем несравнимые ощущения. И этого я хотела себя лишить…