Удовлетворенная и уставшая я лежала между мужчинами. Богдан обнимал меня, прижимаясь ко мне сзади. Зоран поглаживал меня по бедру.
— Я все равно к вам не вернусь. — В этот момент с таким трудом сдерживаемые эмоции все-таки прорвались наружу. На глазах навернулись слезы, еще через мгновение тихий всхлип вырвался из горла.
— Алина. — Зоран тут же обхватил меня за подбородок, настойчиво глядя в глаза. — В чем дело?
Нестерпимая горечь жгла душу. Расставание с мужчинами давалось нелегко, а они только продлевали мои страдания этой незапланированной близостью. Она еще глубже расковыряла раны, которые даже не начали заживать. Теперь мне потребуется в два раза больше сил, чтобы снова уйти от них, а мои внутренние запасы были опустошены в ноль.
— Зачем вы вернулись? Я забыть вас пытаюсь… — слезы уже было не остановить. Я глотала всхлипы, но сдерживать их было все труднее. — Я влюбилась в вас… черт возьми, так сильно… — Я обхватила себя руками, желая унять разгорающуюся внутри агонию. — Теперь мне еще больнее… Вы мучаете меня… Неужели вы не видите…
— Алина, девочка, хорошая моя, — обнимал меня Богдан. — Поверь нам. Доверься снова.
— Дай нам троим шанс, — уговаривал Зоран, продолжая стирать слезы с моих щек.
Я помотала головой и выбралась из их объятий, отползая на край кровати.
— Не может между нами ничего быть. Поймите! — Отчаянно закричала я.
Богдан надел джинсы. Зоран — трусы. Оба снова оказались рядом со мной, душа и одновременно согревая своим присутствием.
— Сомневаешься в нас?
Обхватив колени, я уткнулась в них лбом. Через минуту снова посмотрела на мужчин.
— Вы сами верите в то, что предлагаете? Верите, что сможете делить меня, не поубивав друг друга? Я не хочу снова наблюдать ненависть между вами. Я этого не вынесу.
— Мы не можем дать тебе гарантий, что все будет гладко и без проблем, но обещаем, драться больше не будем, — уверял Зоран. — Мы не дадим тебе уйти, Алина, потому что ты не хочешь уходить.
Он был прав. Не хочу. Но иного варианта для нас не было. Слезы продолжали бежать из глаз. Сердце болезненно ныло, душа тихо и отчаянно умоляла довериться мужчинам… согласиться… На сотую долю секунды я допустила в голове мысль о подобных отношениях…
— Так уж случилось, что мы трое оказались в непростой ситуации. — Богдан обнял меня, прижимая спиной к своей груди. — Я тоже влюбился, Алина, — оглушил он меня признанием, заставляя сердце на секунду сжаться. — Делить тебя с Зораном стало сложно. Произошел конфликт, с которым мы разобрались. Не знаю, как сложатся отношения на троих дальше, но иных вариантов ты нам не оставила.
— Оставила. Просто вы не хотите его принимать.
— Кому будет лучше от твоего варианта?
— Всем. Нам было хорошо втроем какое-то время, но на этом надо остановиться, пока для вас есть шанс сохранить дружбу, а для меня — не увязнуть в привязанности к вам окончательно.
— Готова так легко от нас отказаться? — Спросил Зоран.
Я помотала головой и сморгнула новые слезы.
— Это нелегко, — очень тихо, испытывая душевную боль, произнесла я. — Совсем нелегко… Вы оба стали для меня так много значить… Именно поэтому нам не стоит дальше продолжать все это и тем более начинать полноценные отношения… Я не переживу, если вы снова начнете ссориться из-за меня, драться…
— Даю тебе слово, что такого больше не будет. Я и Богдан все выяснили друг с другом.
— Думаете, все уладили и дальше проблем не возникнет? Отношения на троих — это неизведанная для всех нас территория. Обычные пары не всегда могут договориться друг с другом, а когда участников становится трое… — я покачала головой, — вероятность конфликтов увеличивается. Один уже случился, а мы даже не в отношениях.
— Это был новый опыт для всех нас. Могли где-то и ошибиться. То, что случилось между мной и Зораном неприятно, но не смертельно. Единственное, о чем сожалею, что не оградил от этого тебя. Ты не должна была наблюдать наши разборки. — Богдан обнял меня крепче, поцеловал в плечо. — Больше мы такого не допустим.
Сердце разрывало от мысли о расставании. Вцепившись в руку Богдана, я продолжала тихо плакать.