Находиться рядом с Зораном после всех смущающих моментов было непросто. Я не понимала, как вести себя с ним. По сути, мы были чужими друг другу, но для едва знакомых людей Зоран знал слишком много интимных подробностей обо мне и даже держал мое белье в руках. Это заставляло меня испытывать кучу разнообразных и неуправляемых эмоций рядом с ним.
— А надпись большая?
— Что? — Я снова взглянула на Зорана.
— Надпись на твоем лобке какого размера?
Щеки как по команде снова вспыхнули. Еще не успевшее утихнуть волнение увеличилось в разы. Зоран остановил машину на светофоре и в ожидании посмотрел на меня.
— Не очень, — ответила я, ощущая, как пересохло во рту. — Под бельем не видно.
Зоран улыбнулся и придвинулся ко мне чуть ближе. Словно завороженная я смотрела ему в глаза, чувствуя, как новая порция влаги смачивает мои трусики. Эта игра была чрезвычайно волнительной.
— Подарила мне фантазию, на которую я сегодня подрочу.
Все время, пока его слова медленно проникали в меня, Зоран продолжал жечь меня взглядом. В голове как фильм прокручивались кадры того, что он только что озвучил. Я представляла четкие уверенные движения руки по твердому члену… Кажется, температура в салоне повысилась. Теперь мне было жарко.
Зоран вернул все внимание дороге, снова приводя машину в движение, а я опустила взгляд на его пах, но в полумраке ничего не было видно.
— У меня стоит, Алина. Если тебе это интересно, — усмехнулся Зоран, бросив на меня взгляд. — Интересно ведь?
Смутившись, я отвернулась. А потом улыбнувшись, покачала головой.
— Тебе нравится смущать меня, да?
— Безумно.
— Я так и думала.
Каждая минута наедине с Зораном не проходила для меня бесследно. Так или иначе, он влиял на меня. Я поерзала на сидении. Не только Зорану хотелось сейчас удовлетворить себя. Игра, начатая Богданом по телефону и продолженная его другом, возбудила не на шутку. Но Богдан запретил мне удовлетворять себя. Откинувшись на подголовник, я медленно выдохнула, стараясь унять взбудораженное тело.
— Спасибо что проводил, — благодарила я, когда мы оказались у квартиры.
— Мне было приятно это сделать.
Смущение, охватившее меня в машине, все еще не отпускало. И Зоран не облегчал этого состояния, продолжая пристально смотреть на меня. Его близость против воли вызывала определенные эмоции и ощущения, игнорировать или скрыть которые было невозможно.
— Хорошего тебе вечера, Зоран.
— И тебе, Алина, хорошего вечера, — тихо прозвучал его голос у меня за спиной.
Зоран не спешил уходить. А я под его настойчивым взглядом никак не могла вставить ключ в замочную скважину. Когда наконец у меня получилось попасть в квартиру, я улыбнулась Зорану и закрыла дверь. Но еще долгое время продолжала ощущать на себе след его внимания…
Глава двенадцатая
Звонок Богдана прозвучал неожиданно и заставил меня мгновенно отложить все дела. Оглянувшись по сторонам, проверяя, что никто из коллег меня не услышит, я приняла вызов.
— Здравствуйте, Хозяин. — Сейчас не было никакой необходимости называть Богдана именно так, но он сам дал мне право выбирать обращение вне сессий, а мне нравилось обращаться к нему по-Тематически официально. Кроме того, мы давно не виделись. Я начала по нему тосковать. И это просто было моим способом сказать ему об этом.
— Соскучилась, девочка?
— Очень. — Мы были вместе лишь однажды, и с той ночи не было ни дня, чтобы я не думала о Богдане. Он захватил все мои мысли.
— Тогда приезжай ко мне в офис.
— Когда?
— Сейчас.
До конца рабочего дня оставалось всего пятнадцать минут. Желание увидеть Богдана, вновь окунуться в его ауру было по-настоящему сильным, а потому я не раздумывая согласилась.
Богдан встретил меня на улице. Едва такси остановилось на парковке, он выбросил сигарету и, открыв дверь, помог мне выйти. Держа за руку, он вел меня по своему офису. Судя по опустевшим местам, основная часть сотрудников уже разошлись по домам, но кое-кто еще оставался на работе.
— Красивый у тебя офис. Так все технологично и современно, — впечатлилась я, едва мы оказались в кабинете. — Сами разработали дизайн?
— Конечно. Зря что ли целый отдел дизайнеров содержу, — улыбнулся Богдан и сел в свое директорское кресло.
— Ты суровый руководитель?