Кирилл взял в руки флоггер и ударил им по своей ладони. Я понимала, что последует дальше. Возбуждение усилилось.
Когда первый удар обжег меня между ног, я дернула бедрами и вскрикнула. Боль охватила промежность. Закусив цепь, я старалась пережить эту острую вспышку, за которой последовала следующая… и еще одна… и еще… Удары приходились по самому чувствительному месту. Между ног все пылало. Жар от порки распространялся дальше. Несколько раз Кирилл ударил по груди, приводя зажимы в движение. Всякий раз я вздрагивала, цепь во рту натягивалась, заставляя соски и половые губы ныть от боли, а меня — мучительно стонать.
Кирилл накрыл меня своей властью. Подчиненная и беззащитная я растворялась в ней, тонула без желания выплыть… Мои ожидания от Темы и на сотую долю не совпали с реальностью, но мне все равно нравилось происходящее. Кирилл открыл для меня этот мир, дал попробовать на вкус свою власть. Заставил испытывать сильные эмоции, подсадил на них. Теперь мне хотелось испытывать их снова и снова.
Отложив плеть, Кирилл полностью разделся и лег на меня сверху. Тяжесть его тела приятно давила. Мне нравилось ощущать его кожа к коже. Вогнав член до упора, он заставил меня простонать от долгожданного, но такого болезненного сейчас контакта. Врезаясь в меня, он постоянно задевал зажимы, продолжая причинять боль, но одновременно принося колоссальное удовольствие. Оно растекалось по телу, заполняло меня до краев, и довольно скоро удержать его внутри стало трудно.
— Господин, — кое-как проговорила я с зажатой во рту цепочкой, — позвольте мне кончить. Пожалуйста.
Кирилл молчал, продолжая с силой врезаться в меня. Напряжение между ног стремительно нарастало. Россыпь острых искр начала жалить низ живота.
— Прошу, Господин… пожалуйста… — Я не представляла как сдержать оргазм. Это все равно что пытаться остановить несущийся на тебя поезд. Без вариантов.
Не прекращая толчков, Кирилл грубо обхватил меня за горло.
— Рот открой.
Глядя в глаза, он выпустил слюну мне в рот. Это было так порочно, так подчиняюще. И стало тем, что подтолкнуло меня к обрыву. Сгорая под холодным взглядом, я испытала сильнейший оргазм. Мощные импульсы прострелили тело. Запрокинув голову, я прикусила цепь, содрогаясь под Кириллом.
— Я разве разрешал тебе кончать, сука? — Сдавил он мое горло сильнее, на мгновение перекрывая дыхание.
— Простите… Господин, — сипло вытолкнула я из себя. — Я не умею… сдерживать оргазм.
— Буду пороть, пока не научишься.
Сделав еще несколько толчков, Кирилл стянул презерватив и кончил мне в рот. Полученное удовольствие вместо удовлетворения принесло горькое послевкусие. Я нарушила приказ. Вызвала недовольство Кирилла. Хуже этого в данную минуту для меня не было ничего. Он вышел из комнаты, оставляя меня один на один с растущим внутри отчаянием.
Даже несмотря на то, что у меня не было шансов сдержать оргазм, я корила себя за то, что не справилась с этой задачей. Всей душой я желала угодить Кириллу и готова была сейчас расплакаться оттого, что у меня не получилось это сделать.
Он вернулся через несколько минут, держа в руках розги. Со свистящим звуком Кирилл рассек ими воздух. Страх волной поднялся во мне. Я еще слишком хорошо помнила, какую боль в прошлый раз причинила мне однохвостка. Следы от той порки до сих пор оставались на моих ягодицах. Розги тоже не выглядели безобидно. С каждой секундой тело наполнялось напряжением, все больше деревенея.
Кирилл отвязал меня.
— На пол, на колени. В пояснице прогнись.
— Господин, — я обняла себя руками и умоляюще посмотрела на него, — пожалуйста… простите меня. Я не хотела нарушить приказ. — Всеми силами я старалась избежать новой порки и надеялась, что Кирилл сжалится надо мной.
— Я что-то неясно сказал?
Я чувствовала, что усиливаю его недовольство. Заставив себя двигаться, я опустилась на колени. Уперевшись локтями в пол, замерла, ожидая начала. Будто мучая меня, Кирилл не спешил приступать к наказанию. Молча стоя позади меня, увеличивал мое напряжение. Это вынужденное ожидание меня убивало. Тело мелко дрожало. Из-за страха перед предстоящей болью я почти не владела собой. На глазах выступили слезы.
Удар был неожиданным и очень болезненным. Как будто по коже полоснули ножом. Я вскрикнула и вся сжалась. Кусая губы, я старалась пережить боль, которая расползалась по телу, словно круги на воде. Со вторым ударом Кирилл снова не спешил, продолжая меня изощренно мучить. Теперь мне было еще сложнее, потому что я знала, какая боль за этим последует.