Глава тридцать восьмая
Четыре года назад
«Через час ты должна быть у меня в офисе».
Сообщение от Кирилла застало меня во время совещания у директора. Ровно с этой секунды я не могла больше думать ни о чем другом. Все время пока шло обсуждение рабочих вопросов, я сидела словно на иголках. Теребя ошейник, постоянно смотрела на часы. Нервное напряжение стремительно приближалось к точке кипения. Постукивая ногой, я мысленно умоляла коллег поторопиться, но те словно издеваясь, с улыбками и глупыми шутками расслабленно дискутировали о наших текущих проектах и архитектурных планах на ближайшее будущее. Периодически мне задавали вопросы, уточняли какие-то моменты. С трудом я заставляла себя сосредоточиться, включаясь в общий процесс, но все мои мысли были сейчас связаны только с Кириллом.
Мы не виделись почти две недели. Ежедневно я ждала от него звонка или сообщения, жаждала встречи, изнывала без него и его внимания, но Кирилл молчал. А моя потребность в нем росла, крепла и становилась отчаянной.
Едва совещание закончилось, я пулей вылетела из кабинета директора. Невзирая на то, что рабочий день еще не закончился, за рекордные две минуты я собралась и, игнорируя обращенные ко мне вопросы коллег, мчалась по коридору к лифту, на бегу вызывая такси.
Весь путь с губ не сходила счастливая улыбка. Знакомое приятное волнение прописалось в душе. Скоро я увижу Кирилла, окунусь в его стальную власть, растворюсь в мощной ауре. Я мечтала об этом слишком долго.
Когда спешишь, время тоже начинает бежать стремительно, буквально утекает сквозь пальцы словно вода. Не дожидаясь пока стеклянные двери разъедутся в стороны, я протиснулась в образовавшийся проем и оказалась в просторном холле с высокими потолками и ярким стильным освещением. Стараясь унять одышку, я подошла к стойке администратора. Потратив несколько минут на внесение моей фамилии в список посетителей, я продолжила путь.
В лаконичной, строгой, как и сам Кирилл, приемной его секретарь приветливо улыбнулась и сказала, что я могу войти в кабинет. На секунду я замерла перед дверью, давая взбесившемуся пульсу прийти в норму. Но измотанное моим сумасшедшим забегом сердце не желало успокаиваться, набатом барабаня в ушах. Выдохнув, я коротко постучала и вошла внутрь.
Впервые я находилась здесь. В любой иной ситуации, с любым другим человеком я бы непременно уделила время, чтобы осмотреть интерьер, но не сейчас. Сейчас моим вниманием единолично владел Кирилл. Я смотрела только на него. Впитывала в себя его присутствие, наслаждалась возможностью снова быть рядом с ним. Мощная мужская энергетика вытеснила из помещения весь кислород, но я продолжала дышать им — Кириллом. Этого мне было достаточно.
Мое появление будто осталось им незамеченным. Он даже взгляд не оторвал от монитора, продолжая сосредоточено стучать по клавиатуре.
— Здравствуйте, Господин.
Ответом мне послужила тишина. С каждой проносящейся минутой она становилась все более давящей. Аура вокруг сгущалась, заставляя меня нервно вдавить ногти в ладони.
— Ты опоздала, — разнесся по кабинету спокойный голос, заставивший меня вздрогнуть.
Не успевший успокоиться пульс под действием нарастающей тревоги снова ускорился. Худшее, что могло со мной случиться — я разочаровала Кирилла.
— Простите, Господин. Меня задержали на работе. Я не хотела заставлять вас жд…
Кирилл поднял ладонь, останавливая мои жалкие, ненужные ему оправдания и продолжил работать.
Стоя на пороге, я боялась пошевелиться. Сердце беспомощно трепыхалось где-то в горле. Волнение стремительно увеличивалось в размерах, становясь невыносимым и грозясь меня уничтожить.
Когда я уже была в шаге от окончательной потери самообладания, Кирилл откинулся в кресле и смерил меня ничего не выражающим взглядом. Его холодное внимание и лед в глазах вызвали в теле озноб. Захотелось обнять себя, но тело перестало мне подчиняться. Все, что могла, это продолжать смотреть на Кирилла с растущим в душе отчаянием.
— Напомни, какая твоя единственная обязанность.
Слова, сказанные им в первую нашу встречу яркой вспышкой пронеслись в голове. Я их никогда не забывала. Они на повторе ежедневно крутились в мыслях, были моей священной мантрой.
— Сделать так, чтобы вы всегда были мной довольны, Господин, — прошептала я, ощущая, как липкий страх ползет вдоль позвоночника.
— И? — Настаивал на продолжении Кирилл.