- К подруге пойдешь? – он гладил её ножки.
- Нет.
- А куда? – мужчина стал снимать халатик с плечей.
- Хочу просто пошататься по городу, я же ещё толком и не видела Киева. Погуляю, зайду в какой-нибудь музей. Ты знаешь, что у нас есть музей рок-музыки на Крещатике? Бесплатный даже! Я в интернете общалась с киевлянами, так интересно. В субботу, в час дня мне можно будет часика на три сбежать? – она прерывисто вздохнула.
Виктор оторвался от созерцания её груди, перестал поглаживать её и посмотрел в лицо.
- Ну, хотя бы на два? Можно? Пожалуйста! Я же не прошу золотых украшений или бархатно-шелково-атласных платьев и штанишек, немного свободного времени, чуточку… - она опустила глаза, стала расстегивать пуговицы его рубашки и нежно погладила кончиками пальцев загорелую кожу.
- Я подумаю, – мужчина запустил пальцы в волосы на затылке, слегка сжал и запрокинул её голову. Он долго целовал её приоткрытые губы. – Почему в час? А не в два или в двенадцать или десять?
- Мы договорились… мне покажут Киев.
- У тебя свидание?
- Перестань! О чем ты? Говорю тебе, человек обещал показать город… ну, хоть немного рассказать о нем… он фанат Киева, знает его историю ещё с древних времен, собирает старые фотографии, разный раритет. Стыдно жить в Украине и не знать её столицы.
Мужчина приподнял её и сняв с себя, поставил на пол. Потом встал и вышел.
- Ну, и ладно! Ещё и лучше! – сказала Дина, надела ночную, в пижаме было жарко, и легла в постель. Отвернулась к стене и продолжала ворчать. – И не надо, ничего не надо! А я тоже живой человек! И вообще я - человек! – это - «человек» почему-то так рассмешило её, что она принялась тихонько смеяться. – Человек! Это звучит гордо! – потом вздохнула. - Какой ты человек, ты – женщина!
Главное сейчас было – не расплакаться. Но она не успела. Дверь открылась и вошел Виктор. Сел на кровать. Она повернулась.
- Сядь… пожалуйста.
Дина выполнила его просьбу. Мужчина вытащил из её ушей маленькие, едва заметные серебряные сережки и вставил другие. От прикосновения его рук Дина разомлела и сидела закрыв глаза, время от времени вздыхая.
- Посмотри.
Она встала и подошла к зеркалу. Золотые серьги длинной аккуратной сосулькой болтались в ушах, на конце они были украшены круглой жемчужиной. По её лицу потекли слезы.
- Спасибо… - она всхлипнула. – Зачем? Я пошутила, я имела ввиду совершенно другое.
- Перестань. Я приготовил это тебе, скоро год…
- Как я работаю няней Алисы… третье октября… скоро пятое, точно… Спасибо. Это слишком дорогой подарок.
Он развернул её к себе и маленькими поцелуями стал покрывать её лицо и шею, потом быстро снял ночную рубашку.
- Что это?
- Ночная рубашка, – она снова всхлипнула.
- Прости, прокол, моя женщина должна быть в шелково-атласно-кружевном… - он улыбнулся, - так быстро тебя раздевал, что не замечал, самое главное, то, что под одеждой… - он встал на колени, - только не кричи сильно, - и стал торопливо и страстно целовать её живот.
… - Смотри, что у меня есть, - они отдыхали, лежа на покрывале на полу. Дина встала и порывшись в косметичке достала небольшую коробочку. Виктор надел шорты и подошел к окну покурить. Осеннее небо было затянуто тучами, целый день собирался дождь, но так и не собрался. Луна безуспешно пыталась пробиться сквозь эту плотную завесу. - Дай руку.
Держа сигарету в одной руке, мужчина выдохнул дым подальше в окно и протянул вторую руку. Дина высыпала из коробочки два разноцветных красивых кубика. Виктор улыбнулся.
- Только не говори, что у вас такие есть… ну, конечно есть… ещё и получше… брильянтовые, наверное, да? Или золотые?
Мужчина засмеялся. На кубиках схематически были изображены мужчина и женщина в разных позах.
- Это когда скучно, можно… С тобой не успеваю заскучать… хоть бы самое главное успеть… Давай сыграем… кидай…
- А как надо, чтобы на обоих одинаковое выпало, да?
Зазвонил телефон. Виктор глянул на экран. Он затушил сигарету и пошел к выходу.
- Да.
- Забери меня отсюда, буся!
- Ты где?
- Мы тут в студии! Арт-студия «Мозаика»…
Дверь закрылась. Дина сложила кубики в коробку. Сходила в душ. Пошла, посмотрела на Алису. Девочка спала. Рядом лежала кукла с крыльями – фея из мультфильма. Она была довольно страшненькая, на взгляд Дины, с непомерно большой головой, ещё и фиолетового оттенка, но Алисе нравилась, и женщина не была против. Они шили ей наряды, а на завтра договорились заняться самодельным домиком. Дина уже посмотрела в интернете, из папье-маше, с окошками, занавесками, и маленькой лампочкой. Нужен был ещё столик и кроватка, так что работы у них было непочатый край. Конечно, это все можно было купить, но Алиса уже давно поняла, что делать с няней гораздо интереснее. Творческий процесс шел вовсю: они советовались, какую материю взять на платье и какого цвета будет простынка и пододеяльник, Алиса шила вместе с Диной и украшала все, что можно, самоклеющимися стразами. Самое увлекательное было - делать украшения, всевозможные короны, веночки, обручи, бусы и сережки. У всех кукол уже были сережки, тем, кто продавался без дырочек в ушах, Виктору пришлось просверлить их самому, он не стал перепоручать такое дело рабочему Грише. Может ли быть большее счастье в жизни, чем восхищение в глазах любимой дочери, её радостное: «Папка, ты волшебник! Няня говорит, все, кто что-то делает своими руками – волшебники».
Игрушек было так много, что Дина давно уже попросила Виктора разрешения убрать большую их часть, иначе половину рабочего времени надо было тратить на то, чтобы наводить порядок, практически убирать игрушки можно было бесконечно. Оставили только любимые, остальные рассортировала и выдавала партиями. Так она делала, когда рос её сын – забытые игрушки через время становились очень желанными. Конечно сейчас необходимости в этом не было, любое желание, любой каприз Алисы выполнялся с космической скоростью. У неё было всё, что только можно было себе представить, все, о чем мечтает среднестатистический ребенок. В игровой висела плазма, был свой ноутбук, музыкальный центр, менялись планшеты и телефоны. Тут же были «больница», «парикмахерская» и «магазин». Не просто наборы игрушек, «Айболит», весы и расчески, а шкафчики, стулья и кушетка, игровые уголки, те, которым в детском саду полагается быть по нормативам и покупаются они за деньги родителей и спонсоров. Число развивающих игр не поддавалось счету. Был целый шкаф детских книг. Только общение с детьми было очень своеобразным. Алиса не могла просто так выбежать на улицу и погулять, поискать товарищей для игр. Водитель отвозил её вместе с няней к такому же ребенку таких же родителей после предварительного договоренности. Это не было каждый день, в основном Алиса играла с няней. Изредка им разрешали погулять в парке. Это были ещё те прогулки. Рядом маячили охранники.
Как-то они выехали в парк с сыном соседей, таких же обеспеченных, как и отец Алисы. Мальчик был старше Алисы на год. Няня Никиты манерничала, потом немного постояв, стала рассказывать, как они ездили в Швейцарию, подбирали Никите учебное заведение.
- Ведь ребенку надо дать старт с самого детства, как можно раньше.
- И что, он будет там жить, один, такой маленький, без родителей… в интернате? Тосковать? – ужаснулась Дина. – Я б с ума сошла, если бы мой ребенок где-то там, за тридевять земель плакал в подушку!
Лиля Владленовна, молодая, лет 28, симпатичная, ухоженная как говорится, женщина, с удивлением смотрела на Дину.
- Что вы? Какой интернат!
- Для вип-персон. Навороченный, эксклюзивный, шикарный, роскошный, с евроремонтом… интернат! Алиса, солнышко, на салфетку, вытри руки и подбородок, вкусное мороженое?
- Ага! Я ещё хочу!
- Мама сказала - «одно».
- Я папе позвоню. Дай телефон! Папа, мне можно мороженое съесть? Конечно?
- Никита, Никита, ты куда побежал? Стой! Стой, кому говорю! – Лиля Владленовна, позабыв про все свои «понты», припустила за мальчиком, - Там собаки, стой! Там дорога! Я отцу скажу! Please stop, stop! Никита! Come to me! Wait, wait, go back! Немедленно вернись!