- Значит, все хорошо?
- Да, конечно. А если я перестану вас устраивать, то… теперь, когда у меня есть такой опыт… работы в таком доме… я смогу найти что-то… мне главное, чтобы он доучился хоть до того времени, что сможет подрабатывать где-то, ну, чтобы сразу не бросил… а то ведь если начать работать, то потом уже может и не захочется учиться, а профессия нужна, как же без профессии… дело даже не в высшем образовании, а просто куда пойти работать… без профессии? На стройке тяжело, да и там надо что-то уметь, не все же ведра с цементом тягать. А он у меня умница, читает много. Сочинения всегда на 12 баллов писал. Теперь на журналиста учится, но говорит, мама, что же делать, журналистика – шлюха, все время надо врать… а он не умеет, как и я… одно из самых трудных дел в жизни – это лгать.
- Няня! – послышалось из бэби-радио и не обращая внимания ни на что, Дина выскочила из кровати и побежала к двери.
Виктор снова подошел к окну, сел на подоконник и закурил, стараясь выдыхать подальше.
Через несколько минут женщина вернулась.
- Надудлилась сока, - сказала она, улыбаясь, - прямо как я, напьюсь чая на ночь, потом приходится вставать, каждый вечер думаю, все, сегодня чай не пью и что же? Приходит вечер, и я снова выпиваю две чашки!
Она стояла в пижаме… такая себе обычная пижама, не шелковая, без рюшей и бантиков… мужчина подошел… близко… она отступила:
- Не надо, Виктор Сергеевич, вам сегодня грустно, поддадитесь минутному импульсу, а потом что? Как я буду работать? Мое пребывание здесь станет невозможным, вы же это понимаете сами. Подумайте об Алисе. Уходите, – она повернулась, чтобы отправиться в кровать, но он не дал ей уйти, прижав к себе, уткнулся в мягкий, пахнущий шампунем и духами затылок. То, что произошло, поразило его до глубины души. Всего он мог ожидать - активного сопротивления, равнодушного холодного тона, истерики… всего, но того что произошло… она тихо застонала, не сдержавшись и замерла в его руках. Он раздел её порывистыми движениями, быстро… она молчала и ничего не делала… не обнимала, не издавала больше ни звука. Он сбросил одеяло на пол и положил её на кровать. Открыв глаза, женщина смотрела как мужчина надел презерватив. Глаза наполнились слезами… они бежали по лицу, по шее, стекали на простынь… Виктор лег рядом.
- Ну зачем ты? Ну чего ты? – повторял он, касаясь её лица пальцами.
- Я – обслуживающий персонал, – наконец выговорила она. При ярком свете луны глаза, наполненные слезами, были огромны и беззащитны.
- Дурочка, что ты несешь… я устал с собой бороться… я хочу тебя… тебя хочу, понимаешь? – он стал целовать её лицо, её шею, её маленькую грудь… наконец-то можно было целовать её грудь… такую маленькую, что сейчас, когда она лежала на спине, её как будто и не было… очертания, и торчащий сосок… но при прикосновении женщина вытянулась как от электрического разряда и глухо застонала. Ему хотелось взять её сразу, утолить голод по этому телу, тревожащему его воображение уже столько дней, но он сдерживался и целовал и целовал её рот… грудь… живот… и снова лицо… рот… шею… грудь… живот… ноги… пока она сама не потянула его на себя…
- Спасибо, детка… ты славная девочка… я надеюсь, это не отразится на твоей работе. Алиса так привязалась к тебе, мне бы не хотелось причинять ей боль.
- Мне тоже… я люблю её, не подумай, что я специально это говорю, я просто с детства такая, все дети ко мне липли, сколько я себя помню, всегда няньчилась и с соседскими, и со всеми… в поезде еду, все дети в вагоне возле меня… - она улыбнулась, и помолчав, сказала. - Вот это расширение комфортной зоны, - и засмеялась.
Они смеялись оба и на душе у Виктора отлегло.
- Ну, что? Спокойной ночи? Завтра с утра на работу. Будь умницей.
- Не надо.
- Что не надо?
- Не говори так: будь умницей… мне не нравится.
- Почему?
- Не знаю… типа ты дура вообще-то, но хотя бы притворись, что не совсем… будь умницей.
Мужчина рассмеялся.
- А как сказать?
- Просто: спокойной ночи, пусть тебе приснится хороший сон. Я люблю, когда мне снится, что я летаю… я люблю летать во сне… и ещё море… мне часто снится море… я иду, иду к нему и никак не могу дойти, я его вижу, а искупаться никак не могу… так жаль… я давно была на море, ещё в детстве… наверное поэтому такие сны.
- Скоро ты будешь купаться в настоящем море, столько, сколько захочешь, только конечно при условии, что ты не потеряешь голову и будешь следить за Алисой со всей добросовестностью на какую ты способна… а ты способна… ты няня по призванию, и после этого я обещаю тебе отпуск на несколько дней и премию, проведаешь сына, наберешься сил. Договорились?
- Да.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Он улыбнулся ей и вышел… не поцеловав… как ей хотелось бы… значит, это было просто приключение… одноразовое… ну, так тому и быть.