- Почему?
- Ты не в себе.
- С чего ты взял?
- Ты чем-то расстроена. Ты выпила. Ты сейчас не можешь принимать адекватные решения.
Она молчит. Прижимается ко мне. Я чувствую, как она обмякает в моих руках, отпуская свои тревоги и расслабляясь.
- Ты такой… благородный.
- Это не благородство. Просто у меня есть на тебя планы. Я не хочу, чтобы ты возненавидела меня за то, что я воспользовался ситуацией.
- Что за планы? - спрашивает Эсмеральда.
- Ничего экстраординарного. Просто хочу замутить с тобой.
- Замутить?
- Да. Или я неправильно использую это слово?
Иногда я ошибаюсь в каких-то простых вещах. Отвык.
- Ты.… какой-то странный.
- Почему?
- Не знаю… Ведешь себя необычно.
- Я самый обычный. Нормальный. Понятный и предсказуемый.
Я не вижу ее лица. Обнимаю сзади. Но чувствую, что она улыбается.
***
- Я вызвала такси, - говорит Эсмеральда.
Мы посмотрели на звезды. Погуляли по крыше. Допили коктейли. Я так и не поцеловал ее. Лошара!
- Понятно.
Пытаюсь скрыть разочарование.
- Спасибо тебе, - произносит она.
- За что?
- За все. Ты очень… хороший.
- Звучит антисексуально, - морщусь я.
- Почему это?
- Девчонкам обычно нравятся плохие парни.
- Мне нравишься ты.
- А я.… без ума от тебя.
Ее телефон звякает.
- Такси приедет через пять минут, - говорит она.
- Пойдем.
Мы держимся за руки. Спускаемся на лифте и выходим на улицу. Такси ещё нет. Но через минуту приедет. И увезет ее.
В груди воют голодные шакалы.
Не хочу ее отпускать!
Такое ощущение, что отпущу - и потеряю…
14
Ксюша
Мы целуемся, как сумасшедшие.
Я не знаю, кто из нас первый начал.
Может, даже я…
Вижу подъезжающее такси. Чувствую, как он сжимает мою руку. Сильно. До боли!
И… мне вдруг становится так грустно… И тоскливо.
И невыносимо одиноко.
Просто хочется выть! На половинку растущей луны, одиноко торчащую в небе.
Я сейчас сяду в такси и уеду от него.
И…. почему мне кажется, что мы больше никогда не увидимся?
У него есть мой номер телефона, который я так романтично записала на руке. Однажды видела такое в кино и всегда хотела повторить…
Он сказал, что у него планы на меня. Он обязательно позвонит!
Он повел себя благородно. Не то что некоторые..
Я ему точно нравлюсь.
Тогда откуда этот страх и эта тоска?
Он сжимает меня в объятиях. Гладит волосы, шею, плечи… Снова стискивают талию.
И все это время его губы очень нежно и трепетно рассказывают мне, как я ему нравлюсь.
Нежно…. Ещё нежнее… И ещё….
А теперь - страстно, жадно, до головокружения и полной потери ориентации в пространстве.
Я как будто падаю в пропасть. Приземляюсь на облако из розового зефира. Снова падаю…
Мы вместе скользим по отвесным скалам, на краю пропасти, балансируя между сдерживаемой страстью и самой дикой похотью…
Я никогда в жизни так не целовалась!
Раньше, с Платоном… У меня такое ощущение, как будто это было сто лет назад, в прошлой жизни!
Но это было совсем по-другому. Трепетно и неуверенно - с моей стороны. Нетерпеливо, быстро, технично, как будто по обязанности - с его.
Платон не хотел целоваться. Он всегда хотел большего. Он целовался, потому что это нужно мне.
А мой Квазимодо… он так же наслаждается, как я.
Он со мной. Каждое мгновение. Каждое касание губ и языка… Мы дышим в унисон и наши сердца бьются в одном ритме.
И…. да. Он хочет большего. Я чувствую. Я знаю.
Но он никуда не торопится!
И я… я тоже его хочу. По-настоящему!
С Платоном я на самом деле ничего не хотела. Просто собиралась уступить.
А сейчас…
- Вы заказывали такси? - раздается мужской голос.
Я выныриваю из зефирного облака. Отрываюсь от губ моего Квазимодо.
Вижу таксиста, выглядывающего из машины.
- Да…
- Вы едете?
- Да….
- Не уезжай, - шепчет он.
И так крепко сжимает меня в объятиях… как будто мы самые родные люди.
- Мне пора.
- Ладно.
Всё ещё держит. Ни капли не ослабляет свою медвежью хватку.
- Отпустишь меня?
- Очень не хочется, но… - всё же отпускает.
Нехотя, как бы пытаясь замедлить течение времени.
Мы как будто прощаемся навсегда… Откуда это ощущение? Я не знаю!
Я не хочу уезжать! Но… что мне остается?
Мой Квазимодо говорил совершенно разумные вещи. Я не в себе. Я не адекватна. Не нужно торопиться… Не нужно!
Я сажусь в такси.
Машина трогается.
Мне очень хочется оглянуться, но я не оглядываюсь. Это глупо! Он - просто случайный знакомый. Я его знаю всего два часа.