Марго внимала ему, затаив дыхание: слишком знакомой была эта тупая боль в сердце: когда рушится счастливая семья и ничего нельзя сделать, потому что умерло драгоценное время. И все – в прошлом. Как у нее.
– А через несколько лет мама «поднялась», как это принято говорить среди людей бизнеса. Она открыла свое дело, отбила у отца половину клиентов, я очень радовался этому. Мама у меня молодец! – Рич улыбнулся мечтательной улыбкой. – Нет, Марго, ты не подумай, что я из породы «маменькиных сынков». Просто она действительно молодец. Она как-то удивительно смогла заменить мне двух родителей, и отца, и мать. Она научила меня всему, и в то же время я никогда не чувствовал контроля с ее стороны. Она доверяла мне и ничего никогда не требовала, только осторожно подводила меня к какому-то решению. Теперь я понимаю, что это была очень тонкая и сложная работа, а тогда мне казалось, что у меня лучшая на свете мама, которая ничего не запрещает! Мне все завидовали, даже те, у кого были хорошие отцы. А я втайне завидовал им. У друзей – большие семьи, а мы – всегда вдвоем, единственные близкие люди на белом свете… Она так и не вышла замуж, наверное, не смогла разлюбить отца. Смешно получалось: когда я подрос, а у нее появлялись мужчины, я стал ревновать и провоцировать их на ссоры…
Однажды она сказала мне: «Рич, когда у тебя появятся девочки, я обещаю, что не задам ни одного вопроса. Пока ты сам не захочешь мне сказать, что женишься. Мы с тобой – всегда вместе, я никуда от тебя не уйду. Но мне нужен кусочек моей жизни, только моей. Отдашь?». Я никогда не забуду этого разговора, для меня, четырнадцатилетнего мальчишки, вдруг все стало ясно: мы взрослые люди, и у каждого есть право на свободу. Надо заметить, что она выполнила свое обещание, не отступила от него ни на шаг. Только в позапрошлом году мы вернулись к этому разговору, потому что я пришел к ней и сказал: «Мама, кажется, я женюсь!».
– И что же? – Марго заерзала на постели.
– А она ответила: «Я постараюсь понравиться твоей девушке, а если не понравлюсь, то буду поменьше попадаться на глаза». Вот и все. Но свадьба не состоялась.
Марго сглотнула чуть не сорвавшийся с губ вопрос: «а почему?».
– Я не стал адвокатом, закончил медицинский факультет, но эта наука мне никогда не была интересна. Я всегда хотел иметь большую семью и жить в загородном доме. Чтобы вокруг не было урбанистических пейзажей, был шум ветра, много неба и полная гармония в душе.
– Ой! – вырвалось у Марго. Именно об этом мечтала и она. – Извини. Продолжай.
– Что? – Рич с улыбкой смотрел на нее, но был немного чужой, словно весь там, в прошлом, со своей мамой, с детскими мечтами.
И ей вдруг страстно захотелось узнать его таким: узнать эту пока закрытую для нее часть его души и полюбить, как все остальное.
– Что случилось, Марго?
– Ничего, – у нее защипало глаза, – просто я тебя люблю…
Он обнял ее, нежно поцеловал в щеку.
– Но, собственно, история закончилась. Я построил этот мотель, назвал его «У старого шамана», потому что, еще когда у нас была семья, отец часто рассказывал мне истории про индейцев на ночь. Конечно, я пошутил: никого из этих народностей у нас в роду не было, но зато они мне очень нравились, и я старался во всем им подражать. Ведь это были замечательные люди, они умели тонко обращаться с землей, на которой жили, придумали красивую философию и, в общем, действительно верили в свои сказки, а они сбывались. Помнишь? Я говорил, что играл с мальчишками еще и в магов?.. И вот – результат.
– Да, и ты похож на индейца… Я потом расскажу тебе, ты удивишься.
– Чему?
– У нас очень много сходится. Я тоже играла в индейцев, даже немного учила их язык… Мы любили одинаковые сказки на ночь, – проговорила Марго, глядя куда-то в пространство. Но думала она совсем не о сказках. Она вдруг поняла, что уже давно скучает по маме.
– Надо же! Они умудрились связать нам одинаковые свитера! – Рич рассмеялся. – Я обязательно надену свой, как только приеду в мотель.
Марго посмотрела на него с подозрением: за сегодняшнее утро он уже во второй раз читает ее мысли.
Запиликал мобильный телефон. Марго вздрогнула: у нее была такая же мелодия. Рич долго возился в куртке, которую скинул вчера на пол у кровати, потом вытащил трубку и долго сосредоточенно слушал, что ему говорят. А говорили там, судя по доносившимся звукам, без перерыва и сплошным потоком слов. Наконец Рич протянул трубку Марго.
– Это тебя.
– Что это значит?
– Живой привет от Мика. Он хочет с тобой поговорить.
Марго медлила, пытаясь сообразить, в чем дело.
– Я не понимаю. Почему он звонит тебе на мобильный?
– Он тебе сейчас все сам расскажет. – Рич глубоко и печально вздохнул. – В конце концов, когда-то это должно было случиться.
– Ничего не понимаю. – Она нахмурилась. – Что ты так переживаешь? Мы же договорились, что пройдем эту неприятную историю вместе до конца.
– Не знаю… Захочешь ли ты пройти ее до конца.
– Рич, что за глупости! Я люблю тебя, а с Миком все уладится, вот увидишь.
Она взяла трубку:
– Алло, Мик?
– Какого черта?! Почему ты от меня сбежала, черт побери!
Родной, знакомый голос, родная, знакомая до боли манера выражаться. Марго почувствовала что-то похожее на умиление.
– Мик, ты где?
– Это я должен спросить: ты где?! Я ищу тебя уже трое суток!
– А я тебя – гораздо дольше.
– Ну и что? У меня – все твои вещи, твой мобильный! Я, черт побери, названивал на него, как сумасшедший, а потом нашел его у тебя в рюкзаке с моими пропущенными звонками. Их оказалось двадцать шесть! Ты представляешь!
– Тебя это забавляет?
– Что именно?
– Что их было двадцать шесть. Мик, ты что – трезвый?
Он помолчал.
– У тебя это уже вызывает удивление?
– Вообще-то да. Где ты есть?
– В мотеле, в котором мы расстались. Приехал – думал, может хоть тут про тебя что-нибудь известно.
Марго зажала рот рукой. Она во все глаза смотрела на Рича, но тот отводил взгляд.
– Что ты молчишь! Марго! Этот негр, Сэм, кажется, он дал мне телефон Рича, сказал, что ты с ним. Что все это значит?
– Как?
– Это я должен спросить: как? Почему ты вообще с Ричем?
– То есть как это почему? Мы все ждем тебя в домике.
– В каком домике, Марго! Что ты морочишь мне голову?! – В голосе Мика послышались истеричные нотки. Так обычно начинались редкие, но бурные сцены ревности. – Потрудись объяснить мне, что происходит! У вас что – роман?
– Мик, как тебе сказать…
– Говори, как есть, Марго! Вы с ним спите?! Черт побери, я сейчас приеду и убью вас обоих! Про какой домик ты говоришь? Дай мне адрес – и вам конец!
– Мик, но мы искали тебя…
– А потом наткнулись на домик в лесу и…
– Мик…
– И решили там поселиться вдвоем, так?
– Так!
– Марго!!! Ты что – правда мне изменила?
– Да при чем тут это? Мик, но ведь тебя неизвестно где носит шестые сутки, а я…
– Как это – неизвестно где носит? Как это неизвестно где?! Я жду тебя, ищу тебя, а ты – там с этим!.. Я сразу понял, что он – гнусный тип и его следовало бы уложить рядом с тем придурком, которого я отправил в нокаут. Сразу! В первый же вечер! Надо было сломать ему нос или еще что-нибудь, чтобы он не мог таскаться за чужими девушками! Я его…
– Мик, уймись. Ты хочешь со мной встретиться?
– Встретиться? – Чувствовалось, что Мик с трудом отрывает себя от сладких грез о расправе с Ричем. Через пару секунд он как бы нехотя ответил: – Ну да. Пора бы уже. А то мы круто заблудились в этом сказочном лесу, черт побери!
– Мне тоже надо с тобой встретиться и серьезно поговорить.