Затем я завтракала и отправлялась в академию. Домой приходила под вечер, лишенная всех сил. Лероя, к счастью, отправили на несколько недель в столицу на практику к одному известному алхимику, так что никто мне не докучал.
Вестей о Келлене так и не было. На смену скорби по брату пришла легкая грусть и принятие. Жизнь продолжалась.
Даже с Эйви мы виделись редко, чаще общаясь по магическому зеркалу. Жена Эрика, Кира, родила прелестную дочку, и никто больше не приходил в мой дом с бочонком пива. Я начала скучать по тем беззаботным первым дням в Рэйле...
Мое тело менялось, подстраиваясь под новый ритм жизни. Я не обрастала мышцами, но стала крепче и выносливее. Мне нравилось по утрам после занятий с соседом стоять перед зеркалом в ванной и, нанося масло на кожу, чувствовать свою упругость и подтянутость. В такие моменты я часто вспоминала тот случай с падением и обжигающие ладони Артуса. Как жаль, что он носит перчатки, тем самым лишив меня надежды на случайное прикосновение...
Однажды я поймала себя на мысли, что думаю о соседе неприлично часто. Что это - жажда тела, зависимость от сильных ощущений или нечто большее? Ответа я в глубине души так и не отыскала.
Но по ночам было хуже всего. Если я не забывалась сном сразу, вымотанная за день, то ворочалась в постели по несколько часов. От мысли, что он лежит где-то через стенку, такой близкий и такой далекий, внутри все горело. И даже когда я наконец засыпала, Артус являлся ко мне во сне.
Как-то утром, позавтракав и приняв ванну, я впопыхах собиралась в академию, ища учебник по введению в защитную магию. Я склонилась над столом в кабинете, перерывая кипу книг, и внезапно услышала тихий звук удара о стекло. Кто-то бросил камушек? Я подошла к окну, выходящему на задний двор, и выглянула.
Под моими окнами стояла высокая фигура в капюшоне. Я присмотрелась с замирающим сердцем - нет, этого не может быть, мне показалось!
Я бросилась вниз, перелетая через две ступеньки, распахнула заднюю дверь... Нет, не показалось. Задыхаясь от волнения и счастья, я заключила в крепкие объятия мужчину, стоящего подле моего дома.
- Келлен!
21
- Да уж, брат, любишь ты эффектные появления! - заметила я, наливая Келлену чай.
Брат, так похожий на Эрика, только осунувшийся и бледный, отпил из кружки и потер усталые глаза.
- Я ненадолго, Лора, - сказал он и принялся набивать рот печеньем. Прожевав, Келлен произнес: - Прошу, не говори никому, что я приходил.
Я оторопела. Меня так и подмывало связаться с родителями и сообщить им чудесную новость, что их старший сын жив. У меня прямо камень с души свалился, когда я увидела Келлена. Могу представить себе счастье родителей!
- Но как же так? Мы все с ума сходили от неизвестности. Мама плачет каждый день!
- Лора, - брат сделал большой глоток чая и вытер рот от крошек тыльной стороной ладони. - Очень важно сохранить мою жизнь в тайне. Это дело государственной важности.
- Что произошло, Кел?
Он сделал глубокий вдох и помолчал.
- Я всегда мечтал стать боевым магом, как ты знаешь. Грезил о границе, о славных битвах...
- Я помню наши игры в саду и деревянную стену. Ты всегда был стражем, а мы с Эриком - гизлоками, - заулыбалась я.
- Да, Эрику от меня знатно попадало, - фыркнул брат. - Тебя я еще хоть как-то жалел. Попав на границу, на настоящую каменную стену, - продолжил он, и лицо его посуровело, - я понял, что реальность разительно отличается от моих фантазий. Не было никаких героических битв. Была тяжелая, изнурительная работа - ежедневные тренировки, патрули, вылазки из форпостов на пустоши... Я постоянно сталкивался со смертями, - Келлен судорожно вздохнул, зажав в ладонях кружку.
- Ты мне никогда не рассказывал, - я погладила его по руке.
- Никто не говорит всю правду о границе... А я... я словно попал в какой-то замкнутый круг. Каждый день был похож на предыдущий. Знала бы ты, скольких гизлоков мы уничтожили... Сотни. Тысячи. Но их не становилось меньше, и никто точно не знал, откуда они появляются. Иногда по ночам пустоши освещались лиловыми вспышками - кто-то открывал портал для этих тварей, и все начиналось заново. Однажды моего побратима, Орвиса, схватил один из гизлоков и утащил за крепостную стену. Днем мы выбрались искать его тело. Я понял, что это мой шанс, и сбежал, чтобы встретить ночь в пустошах.