Я стараюсь смотреть в окно, но отражение в стекле выдает: я украдкой поглядываю на него. Он держит руль одной рукой, а второй спокойно лежит на подлокотнике.
- Ты молчаливая, - замечает он.
- Просто думаю, - признаюсь.
- О чем?
- О том, что… странно все это. - Я пожимаю плечами. - Вчера мы месили тесто и смеялись над кремом, а сегодня вы - мой босс, строгий и серьезный.
- А сейчас? - спрашивает он мягко, бросив короткий взгляд на меня.
Я замолкаю ненадолго, кусаю губу.
- Сейчас вы… просто Богдан.
Он усмехается уголком губ. Несколько секунд мы едем в тишине, потом он неожиданно произносит:
- Мне нравится, как ты смотришь, Мира. Ты думаешь, что делаешь это незаметно, но я ловлю каждый твой взгляд.
- Я не смотрю, - возражаю слишком поспешно, и он смеется тихо, хрипловато.
- Хорошо, допустим. Но, знаешь, это редкость - встретить человека, с которым даже молчать не скучно.
Я чувствую, как внутри становится тепло, будто огонь в груди разгорается все сильнее.
Машина плавно останавливается у моего подъезда. Дождь барабанит по крыше, капли стекают по стёклам, будто весь город за пределами салона утонул. Здесь тепло, полумрак и он.
- Спасибо, - выдыхаю я, собираясь открыть дверь.
- Подожди, - его голос звучит ниже обычного, хрипловато, и пальцы ложатся на мое запястье, мягко, но так, что я сразу перестаю двигаться.
Я оборачиваюсь — и сталкиваюсь с его взглядом. Он смотрит не отводя глаз, пристально, будто проверяет, сколько я выдержу. И мне кажется, я готова сгореть за эти секунды.
- Все это время ты делаешь вид, что я просто твой босс, - говорит он тихо, но в интонации слышится та самая властность, от которой по коже бегут мурашки. - Но, Мира… - он наклоняется ближе, его ладонь уверенно скользит к моей щеке, прижимая меня к себе, не оставляя пути к отступлению. - Я не только босс.
Сердце бешено колотится. Его пальцы крепко держат, и в то же время прикосновение теплое, осторожное, как будто он бережет что-то хрупкое.
- Богдан… - шепчу я, сама не понимая, прошу ли я его остановиться или продолжить.
Он не дает мне додумать. Его губы накрывают мои - сначала твердо, властно, без права на сомнение. Но уже через миг в поцелуй проскальзывает другая нота - мягкость, нежность, будто он показывает: я могу приказывать, но сейчас я хочу заботиться.
Я тону в этом противоречии, не зная, что сильнее: дрожь в коленях от его силы или то спокойное тепло, которое расползается по телу от его ласки.
Если бы я знала, чем закончится этот поцелуй, остановила бы его сразу...
Конец ознакомительного фрагмента