Я почувствовал, как внутри меня ломается синий лёд веры в нашу команду, и душу затапливает отчаяние. Стоящая неподалёку Фимия медленно опустила руки, так и не произнеся очередного заклинания, Амалия молча села на пол и закрыла ладонями глаза. Только во взоре Гейба читалась непреклонная вера в нашу победу и в Лиану. Только в его... Все эти месяцы Лиана была нашей надеждой, нашей путеводной звездой, она никогда не сдавалась и всегда добивалась победы. До сегодняшнего дня. Видно, наши дела действительно плохи.
Похоже, Ксенос тоже это осознал, потому что кивнул и начал нараспев читать чужие слова каким-то пыльным и бесцветным голосом. Я повернулся к Лиане. Она слушала мазоку, решительно сжав губы и сосредоточенно нахмурившись. Какое бы решение она не приняла, она от него не отступится.
Сперва мне показалось, что в шоке от абсурдности происходящего даже Демон Пустыни утих, но позже я приметил, что ни Гейб, ни Ксенос так и не опустили оружия. Краснея от стыда за своё малодушие, я тоже поднял руки и обновил защитный контур.
Голос Ксеноса затих, и на время в нашем лагере воцарилась тишина, нарушаемая только треском наших заклинаний и тяжёлым дыханием. А потом Лиана начала читать:
О, тот, кто сверкает разящею сталью!
О, тот, чей замысел и есть сама тьма!
Во имя тебя, чей сон слишком чуток!
Во славу твою, я присягаю тьме!
Пусть те безумцы, что противостоят нам
Будут уничтожены нашей с тобой единой силой!
Барра Слейв!
Сперва я понял только одно - заклинание было другое. А потом я осознал, к кому воззвала Лиана, и мне стало по-настоящему страшно. Ибо поговорка "не буди Рока, покуда он спит" взялась не на пустом месте, и последствия могут быть совершенно непредсказуемы. Против Рока бессильны все демоны и большинство мазоку, но его призывать себе дороже. Я перестал дышать, а в руках у Лианы начала собираться энергия. Ещё мгновение, и эта энергия буквально вышвырнула из реальности Демона Пустыни.
На некоторое время мы все ослепли от яркой вспышки света, а когда, наконец, проморгались, то очень сильно об этом пожалели...
Он был на меч похож. На большой двуручный меч с кованым оголовьем и широким лезвием. Такие мечи куются поштучно прославленными мастерами и строго на заказ: сперва делается сердечник, лучше всего из небесного железа, заговаривается на остроту и крепость, только потом к сердечнику полоса за полосой куётся сплав. Такие мечи их куют очень долго, каждый раз давая остыть самостоятельно, чтобы сохранить их твёрдость и крепость, но и ржавчина тоже обходит их десятой дорогой. Такой меч перережет шёлковый доспех с той же лёгкостью, как и располосует доспех кованый. Очень редкое оружие. И очень опасное. А ещё он чем-то неуловимо напоминал Ксеноса - в большей степени общей расцветкой. Такой же темноглазый брюнет, только этот был ещё и очень смуглый, почти бронзовый. И очень высокий - на пол головы выше Гейба. И глаза у Ксеноса были... добрее, что ли. При одном только взгляде на этого хотелось убежать поскорее куда-нибудь туда, где он не сможет отыскать. Ксенос резко сглотнул и преклонил колено. Ну, вот, дождались, мало нам было Демона Пустыни - теперь сам Рок по нашу душу явился!
А в том, что это он, сомневаться не приходилось - уж слишком явная у него была аура и слишком иссушающим оказался взор антрацитово-чёрных, поглощающих любой свет, глаз. Подойдя к нам, он небрежно кивнул Ксеносу, позволяя ему подняться и острозубо улыбнулся. Мне стало очень не по себе...
Солнце, окрашенное в нездоровый багряный оттенок медленно скрывалось за горизонтом. Грация поймала себя на мысли, что она, возможно, сейчас последний человек в этом мире, который ещё может любоваться закатом. Больше некому - во всём мире из людей остались только она и Луна. А с их смертью людей не останется вовсе. Интересно, а что же случится дальше? Пожалуй, следующим номером в небытие отправятся оставшиеся в живых мазоку - ведь им нечем будет питаться, а там погибнет и сам мир. Либо от избытка Света, либо в результате полного стасиса. Грация внезапно почувствовала, что её губы пересохли, и ускоренное дыхание начинает причинять боль. Ведь Библия говорила именно об этом! Чтобы вернуть сестру, сказала тогда память Водного Короля Драконов, ей, Грации, придётся остановить Время, уничтожить Расстояние и победить Судьбу. Фактически, в этом мире Время уже остановилось, а Расстояние они сейчас готовятся уничтожить, то есть преодолеть... С Судьбой, точнее, одним из её воплощений - мазоку Роком, им ещё предстоит встретиться... Всё правильно, так и должно быть... Другого пути вернуть души сестры и подруги в этот мир не существует. Другого... Пути... Нет...
Грация вдруг поняла, что ноги отказываются ей служить. Получается, что во всём, что произошло виноваты именно они с Луной? Именно их действия привели к гибели их родной мир? Благодаря их стремлениям и желаниям Рок прорвался сюда, благодаря им он уничтожил в этом мире жизнь и надежду... Уничтожил Сейрун...
Грация обессиленно закрыла ладонями глаза и прошептала:
- Нет... нет, я не хочу...
А потом, наконец, разразилась слезами. В её сердце медленно зрело решение...
Быстро, боясь передумать, Грация вдруг поднялась и громким, неестественно громким и ломким голосом закричала в пустые небеса:
- Не-ет! Будь ты проклят, Рок! Я не позволю тебе праздновать победу!
В следующий момент она поняла, что кто-то держит её за плечи, не давая упасть. Грация обернулась и почти уткнулась в грудь Дайнаста. По-видимому поняв, что с ней всё в порядке, мазоку аккуратно отстранился и, как всегда, вежливо уточнил:
- С Вами всё в порядке, госпожа Грация?
Грация открыла рот, чтобы ответить, но поняла, что сорвала голос и только молча кивнула. Мазоку вернулся к своему делу. Точнее, он продолжил наблюдать за тем, как Драконы разбирают механизм перехода и уничтожают его элементы. Грация рассеянно скользнула по Драконам глазами и поняла вдруг, что поблизости нет Луны. Подругу стоило найти хотя бы на всякий случай, и отложив на неопределённое время истерику, Грация отправилась на поиски.
Луна обнаружилась на узкой полоске песка между травянистым склоном и морем. Она сидела, прижав к груди колени, и бездумно глядя вдаль, туда, где догорали последние краски заката. Грация, подумала, постояла и присела рядом. Когда на землю опустилась ночная тьма, Луна подняла голову и всмотрелась в небо.
- Звёзд больше нет, - тихо сказала она, - сегодня последняя ночь, когда мы ещё можем что-то решать.
Грации стало не по себе - она вдруг осознала, что то, до чего она, Грация, додумалась только сейчас, Луна поняла уже давно и тоже не знает, какое решение принять.
Когда на весах судьбы мира,
Что выберешь ты?
Бой или счастье?
Грации сперва даже показалось, что слова древнего поэта прозвучали в сгустившейся тишине, но это было лишь её воображение. Вокруг по-прежнему не было ни души, только прибой медленно накатывал на песок и тяжело отступал назад. У моря была возможность отступить... Но оно всегда возвращалось, видно тоже чего-то не могло.
- Я не хочу, - сипло, но твёрдо проговорила Грация и сама не поверила ,что всё-таки это сказала. Луна не отвечала так долго, что в определённый момент Грация испугалась, что эти трудные слова придётся повторить, да ещё и громче. Словно в ответ на эти мысли Луна низко опустила голову и, наконец, ответила:
- Я тоже, я надеялась, что ты меня опять уговоришь, как в тот раз, когда мы впервые встретились. Но в этой жизни ничто не повторяется дважды. Понять бы нам это раньше...
Словно в ответ на её слова в небесах раскатисто и как-то маслянисто загремело. Похоже, приближалось что-то огромное...
Драконы замерли и испуганно покосились на Врата Перехода. Дайнаст поднялся и, положив руку на рукоять катаны, занял позицию слева от Врат. Луна и Грация тоже подошли и встали рядом. Приближалось нечто колоссальное и приближалось оно с Той Стороны. Последние выжившие существа этого мира замерли в ожидании.