– Ваше…
– Извините, господа, я и так уделил вам слишком много времени. Проведите опыты, обсудите со всей профессурой Московского университета то, о чем мы с вами сегодня говорили. Потом поговорим. Я через несколько дней убываю в Петербург вместе с государем, а через месяц примерно вернусь по дороге на Кавказ. Тогда и поговорим. А по опытам… действуйте быстрее. Нужно как можно раньше отправить мои записки в Лондон и Париж. Застолбить приоритет этих открытий за Россией. До свидания, господа.
Событие тридцать четвертое
Деньги и слава не главное. Вы должны наслаждаться вашей работой.
Брехт не врал, на самом деле у него было на сегодня запланировано еще одно посещение интересного места. Идея посетить это местечко пришла во время вручения подарков монархам. Народ, когда молился на диадему, на эту мысль Брехта натолкнул. Попы! Брехта там, в первом еще теле, воспитывали как пионера, потом комсомольца и атеиста. В теле втором тоже никаких предпосылок к тому, чтобы проникнуться верой в Бога, не было. Не те были времена. Боролась вся страна с опиумом для народа. А сейчас?
Смешно сказать, но Брехт опять забыл у жены поинтересоваться, к какой конфессии он принадлежит, да и сама Антуанетта к той же самой или нет. Полька, то есть католичка. Перешла она в протестантизм или он тоже католик? Еще раз дал себе зарок Петр Христианович разобраться вечером. Так вот – попы. Россия православная страна и довольно верующая. А потому эту силу нужно использовать для своих целей. Каких целей? Точных нет. Улучшить жизнь народа. Побить Наполеона. Сделать Россию самой передовой страной. И нельзя идти к одной из этих целей. Это все взаимосвязанные вещи. Съесть слона можно только по кусочкам.
Путь лежал опять в Кремль. Только не к императору, а к митрополиту Платону в Успенский собор. Митрополит Московский и Коломенский Платон не главный по тарелочкам. Главный все же Амвросий (Подобедов), архиепископ Санкт-Петербургский и Новгородский. Но тот остался в Петербурге. А за отсутствием гербовой… Тем более что через пару недель можно и с ним переговорить.
Солдатик, что стоял на карауле у Спасских ворот, Брехта признал, недавно ведь выезжал сей великан с голубой Андреевской лентой через плечо на гиганте тоже лошадиного царства мохноногом. Повезло, и Брехта пропустили.
Повезло и еще через пару минут, на крыльце Успенского собора стоял, сверкая парадными ризами в лучах заходящего солнца, митрополит Платон в окружении не менее парадно одетых монахов. На ловца зверь выбежал. Петр Христианович подошел к крыльцу и перекрестился на кресты собора трижды. Только слева направо, рука сделала этот жест привычно, а следовательно, хозяин тушки точно не православный.
– Ваше высокопреосвященство, – подошел Брехт поближе.
Митрополит не был тучен, в отличие от окружения. Не дрищ, но такой, нормального телосложения. Борода седая в кольца завита. Привычно, сейчас все на плойки завитые, от париков мода осталась. Может быть, на весь высший свет один генерал Витгенштейн без кучеряшек.
– Сын мой! – митрополит человека, подарившего императрице диадему самой царицы Елены, запомнил и обрадовался чему-то. А, это он решил, должно быть, что сейчас Брехт достанет из кармана частицу Тернового Венца и всучит ему. Хотя?!. Мысль интересная. Почему бы собор Парижской Богоматери не навестить, когда они будут в Париже заваливать его мостовые конскими яблоками русских шайров.
Митрополит генерала трижды перекрестил и руку с двумя хреново обработанными камнями в жуковицах протянул. Ну нет. Ладно еще у дам прекрасных ручки целовать, да и то Брехта передергивало, когда представлял, сколько по ним микробов своеобразных местных ползает. Потому только обозначил это действо Петр Христианович.
– Ваше высокопреосвященство, у меня к вам разговор есть.
– Пойдем же в храм, сын мой, почему не поговорить? – И смотрит выжидающе, типа, а шип-то где? Будет?
Прошли. Степенно эдак. Вышагивая и посохом по камню пола стуча. Чего люди суетятся. Больше, чем Бог отпустил тебе, не сделаешь. Торопись медленно. Брехт в такт не попадал. Холерик, что с такого взять, кроме анализов. Чуть на рясу не наступил. Как-то эта хрень по-другому называется. Ага, вспомнил. Слово классное, интересно, это народное творчество или случайное совпадение. Фелонь. Откуда пошло выражение: «Ты не филонь», то есть не лодырничай? Хотя вот такая чинно-важная походка неспешная наводила на мысли, что есть связь между словами. Прошли в незаметный коридор за царскими вратами, поднялись на второй этаж и там снова в коридор под непрямым углом. Дверь полукруглая проскрипела при открывании. Эх, точно филонят, жалко маслица лампадного на петли плеснуть. А интересно, что за масло сейчас используют в лампадах? Ох, как интересно. Это же золотая жила.